Наследница

Не нужно было лезть не в свое дело.

Он встретился с Викой, когда уже окончательно решил в ближайшее столетие обойтись без гименеевых уз. Женщины любили его и так, несмотря на скоротечность отношений и ветер, который гулял у него в голове. Но в двадцать девять он отправился в библиотеку за журналом «Радио» и увидел ее. Сразу подумал: завтра же женюсь, у нас будет трое детей, и мы доживем до бриллиантовой свадьбы. Подумал в шутку, а спустя три месяца женился всерьез. Правда, со всем остальным – с детьми и с бриллиантовой свадьбой – не сложилось… Хотя, кто знает, если бы она дожила…

Воронцов очнулся, когда огонек сигареты обжег пальцы.

Бросил окурок в пепельницу, быстро собрался.

В его положении, когда никто, кроме пса, не ждет к не накрытому столу, можно было бы и не торопиться. Но он свято верил в приметы, а примета гласила: как встретишь Новый год, так его и проведешь. Поэтому нужно было успеть засесть в любимое кресло с бутылкой водки, пока часы не пробили двенадцать.

Времени оставалось достаточно.

Вагон метро почти пустой – три шумных долговязых отпрыска с гитарой и девчонка в углу. Он бы никогда не обратил на нее внимания – пальто мешком, на спине рюкзак, точно старушка, собравшаяся на дачу, но у нее были волосы цвета темного янтаря.

Когда-то, в ранней юности, он знал девушку точь-в-точь с такими же волосами. Редчайший оттенок. И вились они так же – крупными кольцами. И пожалуй, он еще помнит ее запах, когда… Опять искушение. Нет уж! «Давай, детка, – попросил он мысленно, – повернись, чтобы внести ясность.

Ты – не она. Сейчас ты повернешься, и все встанет на свои места…» Но глупая девица упорно смотрела в противоположную сторону. А ведь на следующей остановке ему выходить…

Неожиданно поезд сбавил скорость и замер посреди тоннеля. Он посмотрел на часы и понял, что если через десять минут не окажется на улице, то год проведет хреново. Мальчишки взвыли, бросились к нему:

– Мужик, шампанское хоть есть? А-а-а… – простонал один из них, рассмотрев, что у Воронцова нет даже сумки.

 – А у тебя? – кинулся он к девушке.

И она обернулась. И оказалась той самой, из его юности. Ну не совсем, конечно. Но до такой степени похожей, что слева в груди вдруг заболело. Воронцов ухватился за сердце, полез во внутренний карман пальто за валидолом. Девушка отшила парня и подсела к нему:

– Что, отец, плохо?

«Хорошо, дедушкой не назвала», – подумал он, но, приглядевшись к девчонке, решил, что и вправду мог бы быть ей дедом.