Когда она меня убьет

И застыл соляным столбом посреди пятидесятиметровой комнаты, где всю стену занимала фотография моей новой знакомой, лежащей на огромном черном диване, призывно изогнувшись, словно ящерица, и без всякого полотенца на этот раз… Только черный пояс на талии и длинные бусы из крупного черного жемчуга…

Она не заставила себя долго ждать, вышла ко мне, рассыпаясь в извинениях, усадила в кресло перед стеклянным столиком, сама села напротив, ровнехонько под своей фотографией, на черный кожаный диван.

– Сначала – дела, хорошо? – спросила она так, будто я явился к ней на вечеринку.

Она положила передо мной визитную карточку с логотипом известной страховой компании.

– Даже не нужно туда звонить. В понедельник к вам придут мои рабочие, следа от протечки не останется, а люди из страховой компании уладят все остальное. Уверяю вас, – она широко улыбнулась, – вы только выиграете от этой неприятности…

– Похоже, я уже выиграл, – сказал я. – У меня очаровательная соседка.

– Тогда может быть, – она быстро встала и прошла к бару, – выпьем чуть-чуть.

Ее прикосновение было неожиданным. Я выпил коньяк залпом. Она не села напротив, так и осталась стоять рядом.

– Вы торопитесь? – спросила она.

– Нет, – ответил я нарочито бодро и протянул ей рюмку: – Может быть еще?

Сказал от неловкости, не понимая уже хорошо, что происходит.

– Вы – пьяница? – спросила она обескураженно.

– Боже упаси! – Я попытался выбраться из кресла, но она положила мне руку на плечо и легонько толкнула обратно.

– Собственно, это не так уж и важно.

Она протянула мне свою рюмку, а себе налила коньяк в мою. Сделала маленький глоток.

– Как вас зовут? – спросила она.

– Роман, – ответил я.

– А меня…

– Инга, – не удержался я, – кивнув на фотографию за ее спиной.

Вот это все я еще мог осознать, помнил еще, как мы некоторое время сидели с этими рюмками… А потом все произошло как-то очень быстро.

Мы оказались у нее в спальне, и не совру, если скажу, что это была самая потрясающая ночь в моей жизни. Каждое ее прикосновение, каждое слово, каждый жест заводили меня снова и снова. Наверно, мы о чем-то говорили в коротких паузах, только я совсем не помнил о чем.