Худшие враги мужчин

Следователем оказалась невысокая и худая сероглазая блондинка лет тридцати, на первый взгляд совершенно ошибочно попавшая в неприветливую компанию.

– Следователь следственного управления южного округа Москвы Волков. Вячеслав, – вышел им навстречу.

– Евгения Федоровна Шорохова, – обозначая дистанцию, подчеркнула отчество девушка, – руководитель следственной группы. Областная прокуратура Ленинского.

Она устало и внимательно рассмотрела его удостоверение, в то время как суетливый опер прикидывал объемы предстоящей работы:

– Следователь? Отлично.

– Да. Мой бывший коллега.

– Вот как! – присвистнул Кротов, – Соболезную. Но, дело есть дело. Я быстренько за понятыми, вместе и выдвинемся. Ждите. Пацаны, – он уже обращался к автоматчикам, – давайте, помогите понятых отыскать! Вы ребята представительные, вам не откажут.

Сказать, что холостяцкое жилище Константина Сомова было в беспорядке – ничего не сказать. Выглядело оно, как бункер, хозяин которого – последний человек на Земле, спрятавшийся тут от уничтожившего все живое ядерного взрыва: выбрасывать скопившийся мусор – некуда; мыть одноразовую посуду – незачем; складывать вещи – не для кого. Волков подавил вздох, вспомнив на секунду молодого, подтянутого, спортивного, всегда к лицу одетого товарища, имеющего массу самых разнообразных планов на дальнейшую жизнь.

– Бог мой, – ужаснулась, разводя руками, следователь Шорохова, когда они вошли в прихожую, а оттуда в гостиную – доводилось бывать в бомжатниках. Но, чтобы такой приличный дом и в таком состоянии… Вы говорите, товарищ капитан, ваш приятель жил здесь постоянно?

– Да, – ответил Волков.

– Обратите внимание, – оперуполномоченный разговаривал с понятыми – дом открыт, видимых следов взлома двери нет.

– Хозяин звонил отсюда, напуганный чем-то, разобрать сложно, – заметил Волков, – это было минут за сорок до моего приезда. Потом он отключился. Я приехал. Ворота открыты. И вот.

Несколько мгновений вошедшие рассматривали представившуюся их глазам картину. Внезапные рыдания соседки – понятой вернули всех к действительности.