Баланс

– С генеральным были, – скоренько нашёлся Андрюха.

– А почему Евгению с собой не берёшь? – на этот вопрос глаза Андрея широко открылись, а недоуменный взгляд остановился на брате.

– Она сама отказывается.

Женино лицо вытянулось от удивления, а рот приоткрылся. Она хотела сказать, но передумала что-либо говорить, встала и быстрым отчаянным шагом ушла. Хлопнула дверь на террасе и Вадим увидел её через окно, во дворе. Женя остановилась к ним спиной, по центру дачной лужайки.

– Андрей, что ты несёшь? – отец накинулся на брата.

– У тебя самого вопросики – будь здоров! Нашёл, что спросить, – они зло смотрели друг на друга через стол.

– Я тебе тысячу раз говорил, заканчивай свои заскоки.

– У меня нет никаких заскоков. Это у вас идеальные жизненные принципы, – Андрей бросил на стол вилку.

– Андрюша, надо извиниться перед Женей, – мама попыталась их развести в стороны.

– Не буду я извиняться, ничего такого не сделал, чтоб каяться.

– Иди, извиняйся, может она тебе простит испорченный вечер, – отец тоже шваркнул на стол столовые приборы.

– Да что я испортил?! Приехал же? Посуду мыть готов. Что вам плохо-то?

Пока шёл разговор Вадим внимательно следил за Женей. Её спина стала сутулой, за всё это время она сама не шелохнулась. Вадик сейчас ненавидел Андрея, а тот незаметно посматривал на двор через окно. В этот момент и родилась идея мести. Вадим спокойно встал из-за стола и направился к выходу. По дороге, с вешалки, взял две куртки и вышел к Евгении, с террасы громко её позвал:

– Жень!

Она стояла, словно не к ней обращались.

– Жека, не надо не расстраивайся. Он не со зла. Папа плохой вопрос задал, не надо было этого делать, – Женька, молча, плакала, словно окаменев на месте. – Пойдём, замёрзнешь.

Вадим посильней прижал её к себе и потянул в сторону дома. Женины несчастные мокрые глаза, наконец, посмотрели на него. Она сдвинулась с места, и готова была последовать за ним в дом. Вадик отыгрывался за её женские слёзы, старался проявлять по отношению к ней мужской интерес. Всё оказалось не так просто, неожиданно, в какой-то момент поймал себя на мысли, что притворяться вовсе не надо. Женя его волновала. Понять, что с ним происходит, Вадик не успел.