Следопыт

Я закрыл дверь, взвалил сумку на плечо и побрел за ним. Мы вышли в светлый коридор, на полу которого во всю длину лежал красный палас с зелеными краями. Из коридора вели десятки дверей с номерами комнаты.

– Какой у тебя номер? – Спросил сопровождающий. Я достал из кармана жетон, перевернул и показал ему номер 44-В. – Это какая-то ошибка! Тут все номера без букв – видишь? Девять, одиннадцать, пятнадцать, девятнадцать. – Он тыкал пальцем в разные двери и действительно, не было ни одной двери с номером и буквой.

– Тебя как звать? – Спросил меня мой новый товарищ.

– Дастин. – Ответил я и протянул руку.

– Я – Маркус! Очень приятно Дастин! – Он пожал мне руку. Меня начинала напрягать как будто бы заранее выученная речь на манер военных. Мы спустились вниз в гостиную и рухнули на диван.

– Что же нам с тобой делать Дастин?

Я пожал плечами. «Может мы приехали не в тот лагерь? Есть лагерь подготовки военных с таким же названием?» – думал я про себя.

– А где остальные ребята? – Спросил я.

– Вожатый Дэвид, повел всех купаться на озеро. Через полчаса обед, они должны вот-вот вернуться.

– А ты почему не пошел?

– Меня оставили за старшего, встречать вот таких как ты, что бы глупостей не натворили.

– Неужели все комнаты уже заняты?

– Абсолютно.

– Может, я посплю, на этом диване, пока кто-нибудь не уедет?

– Из ума, что ли выжил!? Это святое место! Каждый вечер перед сном у нас общий сбор! Если ты думаешь, что тут всё на уровне детского сада, то ты ошибаешься! Тебя могут даже… – Маркус провел большим пальцем по шее.

Только сейчас я заметил на стене у камина большой флаг. На оранжевом фоне был изображен силуэт воина со щитом и мечом. Одной ногой, он стоял на поверженном льве, показывая свое превосходство.

– А что там написано? – Спросил я Маркуса, разглядывая флаг. Он сделал очень умное лицо и таинственно произнес:

– Когда ты будешь достоин, будешь храбр и смел, умен и хитер, превосходен как Геракл – тогда ты сможешь понять надпись.

Я уважительно кивнул головой. В гостиную ввалился толстяк со щупленьким и бледным парнем на руках.

– О, Господи! – Вскрикнул Маркус.