Три солнца. Сага о Елисеевых. Книга II. Дети

– Я буду Вас ждать, – шепнула Мариэтта: – Вы будете мне писать?

– Я не смею требовать от Вас этого, – Глеб пытался быть благородным, хотя не было на свете ничего, что бы он желал так же страстно: – Если б только это было так, я был бы самым счастливым человеком! Я непременно буду Вам писать, но это не должно Вас ни к чему обязывать… Скорее всего, меня еще не будет рядом, когда случится Ваш первый выход в свет. Вы затмите всех нынешних красавиц, и у Вас будет множество других воздыхателей…

– Мне никто не нужен, кроме Вас, – наивно и искренне призналась девочка.

У Глеба перехватило дыхание, и он поспешил уйти. Невозможно было находиться рядом с любимой девушкой и не сметь прижать ее к себе.

Мариэтта пошла к себе в комнату.

– Это было отвратительно! – проходя мимо братьев, высказала она Шуре, с которым Коля и Сергей уже провели воспитательную работу: – Благодарю за праздник! Даже отец не смог бы испортить его больше! Теперь я уже не так уверена, что уехать от папа было правильным решением.

Она хлопнула дверью своей комнаты. Обе Веры отправились за ней.

– А мне противно видеть за нашим столом этого патриотического болвана! На таких идиотах и держится самодержавие! Если ты не откажешь ему от дома, я съеду, – Саша не нашел ничего уместнее, чем выдвинуть Сергею ультиматум.

– Шура, прекрати! Ты же слышал, он уходит на войну, какой смысл ему отказывать от дома, если он все равно здесь пока бывать не сможет? А там война планы покажет… в буквальном смысле, – рассудил Сережа: – Для меня это тоже, как гром среди ясного неба! Рановато ей еще кавалеров принимать! Не предупредила, не посоветовалась ни с кем… Что нам дальше ждать? И он хорош! Явиться в дом к чужим людям! Чему их там в Пажеском корпусе учат?

Саша открыл было рот.

– Прошу тебя, Шура, оставь свои гнусные инсинуации! Этот вздор ты со своими дружками на какой-нибудь маевке обсудишь.

III

Обещание, данное отцу, Петр держал. В карты в штабе не играл, хоть зачастую и был приглашен на офицерские вечеринки.

Когда он ужинал в Яре, туда ввалилась громкая компания во главе с Распутиным. Знаменитого старца было невозможно не узнать. Даже те, кто видел только его фото в газетах, тут же поняли, кто перед ними – косоворотка, сапоги, волосы, расчесанные на прямой пробор и острый, пронизывающий взгляд. По столам посетителей пробежался шепот.