Семь моих турецких лет. Книга 3. Ты скажешь, что любишь меня

Но, несмотря на этот бардак с названиями, совершенно точно известно, что образован город был 30 мая 300 года до нашей эры.

Точность – вежливость царей.

***

400000 человек жило здесь в римскую эпоху. И именно здесь апостолы Петр и Павел основали Антиохийскую Церковь, а позднее появилась первая христианская церковь Святого Петра.

Как всегда, все было хорошо недолго. Явились персы и под предводительством своего царя Хозроя разворотили весь город. Пришлось хатайцам его восстанавливать и возводить вокруг стену, чтобы надежно защититься.

В итоге четырехконная колесница проезжала по этой стене не напрягаясь, а по всему периметру размещалось 450 смотровых башен.

Антакьей Антиохию назвали турки, которые захватили город в 1516 году. Когда Османской империи стало не до захваченных городов, Хатай прибрала к рукам Сирия. Ну и в результате, как вы уже знаете, по итогам всенародного референдума…

Сейчас это – вилайлет Турции. Но он вообще ни разу не Турция. Из турецкого здесь, пожалуй, только частично кухня.

Глава 4. Термессос, или Крепость высоко в горах

Третий век до нашей эры. Могущество Рима непререкаемо. И вдруг между Спартой и Финикией появляется, как из-под земли, а точнее, из скалы огромный по тем временам город. На этрусском языке его название – Термессос – означает «Крепость высоко в горах».

Поселения кочевого народа были здесь еще в шестом веке до нашей эры, но в третьем веке город так громко заявил о себе, что с ним начал считаться Рим.

Необъятные оливковые рощи и промышленное производство оливкового масла, которое (внимание!) текло в близлежащие портовые города по выдолбленным в скалах каналам протяженностью 30 километров. Их нашли археологи в горе Солим и долго не могли разгадать предназначение.

Не то чтобы очень высоко – всего 1050 метров над уровнем моря, но умелое использование природного ландшафта сделало этот город-крепость абсолютно независимым и неприступным.

***

Александр Македонский долго пыхтел от злости внизу и никак не мог подобраться к городским стенам со своими таранами и пушками. После того как его наемники пали под стрелами горожан, он сжег все окрестные оливковые рощи и удалился восвояси.