Твой личный кошмар

Ответил Стюарт:

– Не особенно. Но здесь очень быстро привыкаешь чувствовать себя как дома.

– Слабо верится, – пробормотала Лёлька.

– А ты поверь, – посоветовал Стюарт. – Так проще жить! – И добавил: – Кстати, у тебя замечательный английский.

– Что? – тупо моргнула Лёлька. – Какой еще английский?! У нас в школе французский…

– И французский отличный, – усмехнулась золотоволосая Мадлен.

– И итальянский, – весело добавил Гаэтано.

– А также немецкий, – хихикнула Труди.

Лёлька слышала со всех сторон голоса, уверявшие, что у нее классный испанский, иврит, украинский и даже китайский.

– А я думала, это у вас у всех отличный русский, – дрожащими губами произнесла Лёлька.

– Каждый из нас говорит на своем родном языке, – пояснил Стюарт. – Но мы отлично понимаем друг друга. Ведь мы в совершенстве узнаем чужой язык в ту же минуту, как слышим хоть слово, произнесенное на нем.

– Но как… как же это может быть?! – воскликнула Лёлька.

Стюарт пожал плечами:

– Ноубоди знает! Это только один из фокусов нашего Корректора.

– В смысле? – озадачилась Лёлька. – В дверях, где еще! И там было крыльцо такое…

Кто-то засмеялся, но Стюарт нахмурился, и смешок смолк.

– В смысле в каком городе находился Корректор, в который ты попала? – уточнил Стюарт. – В России, я правильно понял?

– Ну а где же еще?! В России, недалеко от Нижнего Новгорода.

– Да потому! – усмехнулся Стюарт. – Я жил в Чикаго, к примеру. Там же был и санаторий, куда меня отправили как бы лечиться. Санаторий оказался Корректором. Джен вон вообще из Шанхая. И в Корректор попал там же. Мадлен – из Ниццы, Лина – из Хельсинки… Ну и так далее. Мы входили в разные здания в разных городах и разных странах – но оказались все в одном месте.

Лёлька покачала головой.

– Не веришь? – усмехнулся Стюарт.

– Не знаю… как-то в голове не укладывается…

– Ничего, привыкнешь! – ободряюще сказал Стюарт. – Честное слово! Вот у кого хочешь спроси!

Лина огляделась.

Ребята весело кивали ей:

– Привыкнешь, привыкнешь!

– А где Лина? – спросила Лёлька, не увидев знакомого лица.

– Спустилась на первый этаж, – сказал Стюарт. – Обиделась, что мы тут на нее все заорали, когда ты в обморок хлопнулась. К тому же она сегодня дежурная.