Русская лилия

Когда принц влез в окно, человек, остановивший его и заставивший вернуться, некоторое время постоял под деревьями, напряженно слушая ночь и всматриваясь в игру лунного света, потом сказал негромко по-гречески:

– Это ты, Элени?

Ночь не ответила.

– Я знаю, ты здесь. Я знаю, что вы задумали – ты и твои сообщники. Но хочу, чтобы вы тоже кое-что знали: я не позволю вам причинить вред королю.

– О верный Васили… – отозвалась ночь мелодичным женским голосом, в котором звучала откровенная злоба. – Верный как пес! Позволю, не позволю! Ты слишком много на себя берешь! Что ты можешь сделать, чтобы нам помешать?

– Я уже кое-что сделал, разве нет? Я спас короля от тебя этой ночью.

– Спас короля! – передразнила Элени. – Не позволишь причинить ему вред! Можно подумать, его кто-то собирался убивать. Мы просто хотели немного… изменить его жизнь. Пора ему перестать плясать под дудку этих англичан и русских.

– А вы хотите, чтобы он плясал под вашу дудку? – хмыкнул Васили.

– Во всяком случае, это греческие песни! Это песни нашей родины!

– С каких пор Греция стала для тебя родиной? – искренне удивился Васили. – Не ты ли недавно смеялась над нами, над нашим патриотизмом, не ты ли говорила, что твоя родина – весь мир, что ты готова любую страну признать родной, лишь бы тебе было там хорошо и привольно? С каких пор тебе стало хорошо и привольно в нищей Греции, как ты ее презрительно называла? Не с тех ли пор, как здесь появился этот король, которому нужна жена? Но на что надеешься в этом смысле ты? Кто ты такая, чтобы мечтать о ложе короля?

– Я, быть может, кажусь тебе никем.

– О, мне известно, что ты, твоя приемная матушка и ваши дружки способны сплести сеть самой отъявленной лжи, чтобы добиться своего, – спокойно ответил Васили. – Они могут объявить тебя незаконнорожденной дочерью хоть Наполеона, хоть королевы Виктории, хоть русского императора Александра, но сама-то ты знаешь, что ты просто девчонка без роду без племени, пригретая княгиней из милости.

– Без роду без племени?! – взвизгнула Элени. – Но тебе это не мешало… в свое время! И не мешало любому другому мужчине. Чем же это помешает королю?

– Я отлично знаю, что меня сменило немало этих «любых других мужчин», – холодно отозвался Васили. – Не трудись хвалиться этим.