Фигурки страсти

Даже произносить название бистро было нельзя – между собой его называли «плохое место».

И надо же такому случиться: в то время, когда Марина с Алёной поедали бигмаки и американские пирожки, запивая фантой (фастфуд бывает иногда все же клинически вкусен), в какой-то там опочивальне в Шамборе обвалилась лепнина с потолка. Никого не задавило, к счастью, но известие об этом немедленно было передано по радио и телевидению. И вот вообразите себе триллер: Морис дремлет в авто, слушая классическую музыку, как вдруг звучит сообщение, что рухнул потолок (так и было сказано сначала) в замке, в котором находились его обожаемая жена и ее лучшая подруга!

Дамы, счастливые, сытые и совершенно ни о чем не подозревающие, выходили из «Макдоналдса», чуть ли не поглаживая сытенькие брюшки, как вдруг завидели Мориса, который мчался к замку, даже не замечая двух наших преступниц.

– Граф изменившимся лицом бежит к пруду, – хихикнула Марина. А потом забеспокоилась: – Что это с ним?

Они побежали следом, окликнули Мориса – и были просто поражены тем, с какими пылкими поцелуями тот на них накинулся.

Пошли к машине. Вдруг Морис остановился.

– Девочки, не презирайте меня, – сказал он жалобно. – Я от стресса так проголодался, что сейчас рухну в голодный обморок. Да и вы, наверное, тоже. Пойдемте поедим, а?

– А куда? – невинно спросила Марина.

– Да хоть в «Макдоналдс»! – в отчаянии воскликнул Морис, глаза у которого горели голодным вампирическим пламенем.

– В плохое место?! – ахнула Марина. – Да никогда в жизни! Правда, Алёна?

– Никогда, – лицемерно поддержала та. – Вы идите, Морис, а мы вон там мороженое съедим.

И он, бедняга, пошел, ужасно себя презирая… А наши коварные интриганки просто посидели и похихикали на лавочке, потому что ничего, даже чудесного швейцарского мороженого «Ben & Jerry’s Mocha Swiss Chocolate», уже не могли втолкнуть в свои переполненные животики.

Но, что характерно, с тех пор отношение Мориса к «Макдоналдсу» ничуть не изменилось в лучшую сторону. Напротив – даже еще усугубилось! Так что Марине с Алёной приходилось еще сильней конспирироваться, когда они решались посетить «плохое место».

– Да нет, фрески обрушились в Талле раньше, – сказала сейчас Алёна, сдерживая предательски расплывающиеся в улыбку губы, – до моей экскурсии.