Дамочка с фантазией

Всю жизнь по лезвию бритвы хожу, а тебе стабильность нужна…

В ответ Валентина только чмокнула своего Залесского в начинающую лысеть макушку и подумала, что лет двадцать и даже пятнадцать назад она непременно потеряла бы от соседа голову, ну а сейчас, когда сороковник на подходе, ей уже и впрямь нужна стабильность. Володька (соседа звали Владимиром Долоховым) – он из тех, кто всю жизнь остаются плейбоями или, по крайности, сохраняют такой имидж. Опять же – фамилия… Валентина очень хорошо могла себе представить Владимира сидящим на подоконнике четвертого этажа, ножками наружу, и пьющим шампанское из горлышка.

Хотя шампанское он не любил, кстати сказать, предпочитал баккарди с лимоном – этот Долохов, Владимир, а не тот, книжный… а как его звали, кстати сказать? Василий? Нет, Василий был Денисов. Николай? Николай был Ростов, с Андреем и Пьером тоже путаницы не возникает… Как же звали настоящего Долохова?!

– Валентина! Валентина Николаевна! – донесся до нее нестройный хор мужских голосов, потом подуло каким-то ветерком, и она вздрогнула, открыла глаза, принялась суматошно оглядываться.

Залесский поддерживает ее за плечи одной рукой, в другой сжимает какую-то газетку и обмахивает ею жену, Комзаев супится за своим столом, подоконник пуст – никакого Долохова, с именем или без, там и в помине нету.

– Ты как? Тебе плохо? – спрашивал Залесский с таким искренним ужасом, что Валентине захотелось обнять его и успокоить, как маленького. И при этом непременно надо, чтобы и он ее обнимал и успокаивал, как маленькую.

– Ничего. Я вдруг, кажется, заснула… – зевнула она, придерживая его все еще машущую руку, но не собираясь признаваться, что сейчас, после минутной дремы, чувствует себя несравненно лучше.

Залесский посмотрел на жену уже спокойней и легонько коснулся губами ее лба, над которым вздыбилась растрепавшаяся челка.

Комзазев наблюдал эту супружескую сцену с тем же выражением, с каким Маленькая Разбойница в сказке Андерсена бурчала: «Телячьи нежности!» Поджал губы и с явным усилием выдавил милосердное:

– Ладно, так и быть, на сегодня закончим.

Можете идти, только протокол подпишите. Если понадобитесь, я вас вызову. То есть я вас определенно вызову, так что будьте готовы.

Валентине едва удалось сдержаться и не взвиться радостно со стула, а подняться медленно, с усилием, подчеркнуто опираясь на руку мужа.

– Давайте свой протокол, – простонала она.