Чаровница для мужа

 – Да та самая, книжки которой твоя супруга постоянно читает. Не замечал?

– Ну да, читает она что-то, вроде дамские детективы, – вспомнил Панкратов. – Но я думал, это какие-нибудь маринины, донцовы, эти, как их…

– Одна сатана, – поддакнул Венька. – Маринины-донцовы – они сильно крутые, а эта вроде как попроще. Но сестричке Анютке очень нравится. Она все книжки Дмитриевой собрала. Ты смотри, Санек, не проговорись жене, что Дмитриева сейчас у нас, в Ха, а то она покою тебе не даст, захочет познакомиться, автограф взять, то да се…

– Уверен, что Дмитриева будет возражать? Думаю, все писатели обожают, когда у них автографы берут.

А ты, кстати, мог бы позаботиться о сестре, попросил бы писательницу книжечку ей подписать.

– Да я бы попросил, но не успел, – грустно сказал Венька. – Тут Сунь Банань сунулась со своими претензиями, ну, и пока начальство с ней и со мной разбиралось, Дмитриева ушла.

– А чем дело с Бананом кончилось? – не смог удержаться от усмешки Панкратов. – Судебного разбирательства не будет?

– Да нет, обошлось, я извинялся, расшаркивался, раскланивался, бил челом, все такое… Александрина наша Богдановна сверкала очами и предлагала напечатать редакционное извинение на последней полосе: мол, опечатка вышла по недосмотру, в такой-то строке такой-то заметки следует читать не Сунь Банан, а Сунь Банань.

Но, к счастью, у китаезы хватило ума не позориться. Так на очепятку никто внимания не обратил, конечно, а после публичного извинения только младенец не будет спрашивать, что же все-таки сунуть надо, а главное, куда.

Панкратов расхохотался.

– Правда что! И все-таки, знаешь, мне придется прийти к вам в редакцию, поговорить с людьми, убедиться в том, что эта лаобаньянг Сунь Банань…

– Кто-кто? – удивился Венька.

– Лаобаньянг, – повторил Панкратов. – Так принято обращаться в Китае к замужней женщине, причем к женщине самостоятельной, владелице какой-либо собственности.

– Да зови ее просто мадам Вторушина, – посоветовал Венька.

 – Зачем язык ломать?!

– В том-то и дело, что женщина в Китае не принимает фамилию мужа, а сохраняет свою. Раньше фамилия мужа хотя бы присоединялась, а теперь и этого нет. Если только невеста выразит личное желание. Но дети обычно получают именно отцовскую фамилию.

– А ее настоящая фамилия какая?

– Ну, видимо, Сунь. Да не закатывайся ты, ну что поделаешь, у них всегда на первом месте фамилия стоит, а имя – на втором. Имя, значит, Банан, то есть Банань.