Большая книга ужасов – 68 (сборник)

Ничего себе! С пятого этажа вот так сигануть – это же верная смерть! А если он разобьется, куда потом Васька будет возвращаться? В мертвое тело, что ли?!

Однако кот-мальчик не грохнулся на землю, а с необыкновенной ловкостью, мягко, словно невесомый, перепрыгнул на перила балкона четвертого этажа, потом – третьего, второго, потом мягко съехал по застекленной лоджии первого этажа – и на четвереньках, смешно вскидывая обтянутый Васькиными джинсами зад, помчался к березе, умудряясь оставаться не замеченным Катькой.

– Ну хитрецы, ну мудрецы! – проворчала за Васькиной спиной Марфа Ибрагимовна. – Это ж самый верный способ заставить кукушку подольше куковать. Теперь она не умолкнет, покуда с березы пояс не снимут. И девчонка никуда не отойдет.

«Да зачем ему это?» – только хотел спросить Васька, но кот-мальчик вдруг вскинул голову, смешно подергал носом – и метнулся куда-то в сторону, в заросли травы.

– Да, кот есть кот, – проворчала Марфа Ибрагимовна. – От себя никуда не денешься!

Кот-мальчик выплюнул веревку, облизнулся – и Ваську чуть не стошнило, когда он понял, что это была не веревка, а хвост. Хвост мыши, которую только что сожрал кот-мальчик!

Но тотчас Васька забыл об этом, увидев, что над деревом мелькнула черная тень большой птицы.

Ворона! Нет, ведьма Ульяна в образе вороны! Неужели кот-мальчик обрек несчастную кукушку ей на съедение?!

Однако он тут же понял, что кукушка Ульяну ничуть не интересует. Ворона принялась медленно кружиться над пустырем, то спускаясь ниже, то взмывая чуть не под облака, и Ваське чудилось, что она растягивает над Катькой какую-то совершенно прозрачную, возможно даже неразличимую обычным человеческим взглядом, сеть. Но Васька видел, ясно видел, что эта сеть опустилась и накрыла Крылову, а та сидит как ни в чем не бывало.

«Это сеть колдовства! – сообразил он. – Ведьма Ульяна колдует!»

Наконец ворона с удовлетворенным карканьем-хохотом взмыла в вышину, а кот-мальчик сдернул с березы ремень и выпрямился, вдевая его в джинсы.

Кукушка мигом умолкла, словно перепугавшись, и Васька ее понимал! Было чего перепугаться!

– Тимофеев? – воскликнула в эту минуту Катька Крылова, взглянув на кота-мальчика.