Большая книга ужасов – 63 (сборник)

Само собой, все они разом кинулись туда, застряли, пыхтели, отталкивая друг друга, но Валя оказалась не только самой длинной, но и самой худой. Она ввинтилась между Пашкой и Сашкой – и первой пролезла в каморку.

Тут Вале пришлось согнуться в три погибели, и она принялась озираться. Кошку не нашла, зато увидела кое-что, из-за чего мгновенно о ней позабыла.

Удивительно, но о кошке точно так же враз позабыли и Пашка с Сашкой, и Люда. Они с восторгом уставились на одежду, кучкой лежащую на земле. По обе стороны ее валялись кроссовки, скинутые явно впопыхах.

– Смотрите! – завопила Валя. – Это джинсы Тунца! И майка его!

– И кроссы его, – добавила Люда.

Ну, девчонки вообще более приметливы, чем парни, однако и Пашка с Сашкой согласились, что барахлишко принадлежит Дохлому Тунцу.

– И что? – изумился Пашка. – Он все сбросил и голышом отсюда чесанул? Как же мы не заметили такой картины?

Девчонки захихикали, жеманно отводя глаза. Но Сашка, который очень любил рассуждать логически, сказал:

– Глупости.

– Переоделся именно здесь? – переспросила Валя, до которой, наверное, из-за ее роста, вообще туго доходило. – А почему домой не пошел?

– Ну, может, новые шмотки такие классные купил, что не мог утерпеть, – предположила Люда.

Сашка посмотрел на нее с презрением. Конечно, Дохлый Тунец был сущим валенком, но все же оставался каким-никаким, а мальчишкой. Сашка решительно не мог представить мальчишку, который бы так вздернулся из-за нового барахла, что стал бы в него переодеваться в парке, под детской горкой.

Вообразить такое у Сашки не хватало фантазии.

– Я знаю! – страшным шепотом провозгласил Пашка. – Тунец переоделся нарочно! Он кому-то мозги пудрит. Прикидывается, будто он – это не он! Понимаете?

Разъяснение всем понравилось. И очень хотелось узнать, что же такое задумал Дохлый Тунец, кого собрался обмануть.

Но как это узнаешь? Не будешь же сидеть и ждать его возвращения здесь, в каморке под горкой, куда уже начали собираться парковые комары, почуявшие свежую кровушку.

– Слушайте! – восторженно завопила Валя. – А давайте мы Тунцовы одежки отсюда унесем! Заберем с собой, а ему записку напишем, что отдадим только тогда, когда он расскажет, зачем переодевался.

– Да ну, еще записку писать, – проныла Люда, которая вообще была ленива.