Любовный эксперимент по-американски

 – В общем, одна из лошадей сорвалась с привязи и пошла потихоньку гулять по парку. Тут навстречу ей идет Лина – в наушниках, уткнувшись в навигатор на смартфоне. – Впоследствии я узнала, что подруга плохо ориентируется. – А чуть раньше я случайно увидела, как она пролила кофе кому-то на брюки, так что с координацией у нее не очень.

Лукас засмеялся:

– Ну да, это не самая сильная ее сторона.

– Вот-вот, – хмыкнула я. – Пришлось крикнуть Лине, чтобы побереглась, только она ноль внимания. Тогда я подошла и отвела твою сестру в сторону.

– Твоя версия ни на йоту не совпадает с той, которую Лина со смаком рассказывает каждое Рождество.

Каждое Рождество?

Выходит, для Лукаса я не такая уж и незнакомка?

– Прости, если разочаровала. – Я запустила вилку в блюдо с рисом. – Какой там ангел-хранитель, какая героиня… Самый обычный инженер, переквалифицировавшийся в автора любовных романов. Господи, первый раз сказала это вслух, – покачала головой я.

– И как ощущения? – улыбнулся Лукас.

Я некоторое время обдумывала ответ.

– Неплохо. Кстати, здорово услышать от самой себя подобную оценку.

Если бы еще и в самом деле испытывать уверенность в новом для себя деле… Пока такой уверенности не было по одной, но веской причине: можно ли назвать писателем человека, издавшего единственную книгу? А женщину, наглухо застрявшую на первой главе второго романа?

Не знаю, заметил ли мое уныние Лукас, однако молчание он быстро нарушил:

– Позволь еще кое о чем спросить? Правда, вопрос немного личный.

– Конечно, – со вздохом ответила я, удрученная собственными сомнениями.

– Ты ни разу не говорила, что почувствовала, прервав карьеру. Задумывалась, как отнесутся коллеги к твоему новому занятию, пыталась предугадать реакцию отца… А что у тебя на душе?

Хм. Разумеется, я понимала, почему уволилась. Другое дело – правильный ли то был шаг? Сожалела ли я? Что означал творческий тупик с новой книгой? Не признак ли это ужасной ошибки?

– Впрочем, я лезу не в свое дело, – вновь заговорил Лукас, видя, что я ушла в себя, и едва ли не застенчиво улыбнулся.

– Я…

Он несколько секунд наблюдал за моим лицом, но едва начатую мысль мне закончить так и не удалось. Лукас снова заработал вилкой. Дает понять, что на ответе совершенно не настаивает. Или не придает моим переживаниям большого значения?

– Не буду говорить, что сильно терзалась, – наконец нашла слова я.