Испанский любовный обман

Я не боюсь работы. Справилась бы и сама. Просто… господи, как я устала. Это нелегко – сидеть ночами за ноутбуком, не зная, ради чего.

– Я не…

– Итак, Каталина? – Пальцы проворно забегали по клавиатуре ноутбука. – Мы работаем или будем ныть?

– Я не ною! – фыркнула я.

Придурок с замашками Кларка Кента.

– Значит, работаем, – подытожил Аарон.

Я внимательно посмотрела на него, отметив, как он раздраженно стискивает зубы. Видимо, и сам Аарон был не в восторге от своей затеи.

– Никаких «мы», – вздохнула я.

Он покачал головой, и на мгновение мне почудилась тень улыбки.

– Господи. – Он демонстративно поднял глаза, словно моля небеса о терпении. – Давай ты молча примешь помощь, вот и все? – Аарон глянул на часы и вздохнул. – Я не собираюсь целый вечер тебя уговаривать. – Он нахмурился, мигом становясь прежним. – Мы и без того потеряли уйму времени.

С таким Аароном было уютнее. Он не говорил дурацкими намеками и не рассуждал об уважении.

Я в ответ тоже нахмурилась, осознав, что больше не выгоняю его из кабинета.

– Все равно меня не переупрямить, – буркнул Аарон, быстро печатая. – Ты ведь знаешь.

Я уставилась в монитор, решив на время заключить с Блекфордом перемирие. На что только не пойдешь ради компании? И собственного психического здоровья, потому что Аарон откровенно меня бесит.

Ладно, уймем гордость и потерпим друг друга один вечер.

– Хорошо. Разрешаю тебе помочь, раз так хочется, – сказала я, стараясь не замечать, как потеплело в груди.

Слишком похоже на признательность.

Аарон покосился на меня, снова нацепив равнодушную маску.

– Придется начинать с нуля. Открой пустой шаблон.

Отвернувшись, я уставилась на экран.

Мы просидели в полной тишине пару минут. Краем глаза я заметила, как Аарон лезет в карман и выкладывает что-то на стол. Прямо мне под руку.

– Вот, – услышала я.

Опустив голову, я увидела сверток из вощеной бумаги. Плоский квадратик размером с половину ладони.

– Это что? – спросила я, глянув на Аарона.

– Мюсли, – ответил он, печатая.

Руки сами потянулись к угощению. Я развернула бумагу и изумленно уставилась на батончик. Домашний. Из жареных овсяных хлопьев, сухофруктов и орехов.

В ушах прозвучал протяжный вздох.

– Если думаешь, что он отравлен, клянусь, я…

– Нет-нет! – выпалила я и тряхнула головой.

В груди отчего-то росло напряжение. Я поднесла батончик ко рту, откусила. Святые угодники, до чего же было вкусно! Я застонала от восторга.