Желай аккуратно

Опоила его мачеха в первую же их встречу и всю жизнь потом опаивала, пока он не умер. Хитрость была в том, что не видел он свою дочь в обносках. Так что ты ни на своего отца, ни на отца Золушки зла не держи! Родная дочь для него была так же хорошо и дорого одета, как и приемные. Но подобраться к твоей мачехе у меня нет возможности. Сильна ведьма, чувствует меня и мою силу. А вот у тебя это может получиться, в тебе она не видит опасности. К тому же сила твоя спит пока. И проснется или нет – это от тебя будет зависеть.

Зоя, услышав слова Авелин, судорожно сглотнула – та обо всем догадалась. Впрочем, чему же она удивляется, коль уж перед ней сидит та, кто и есть сама жизнь.

– Что я должна сделать?

– Вытащить заколку из ее прически.

– Только и всего-то? – Зоя рассмеялась. – Да без проблем!

– Не ты должна вытащить. Она должна ее сама из прически вытащить и тебе передать, сказав при этом: «Доверяю». Это обязательное условие! Сделать это надо до Рождества.

– Вводные? Какие вводные? Для кого или для чего? Подробнее можно?

– Вот это я понимаю – деловая хватка! Молодец! Марс, или как там тебя в этом воплощении звать, одобряю твой выбор. На свадьбу позвать не забудьте потом! – Авелин отсалютовала бокалом с коньяком коту и сделала хороший глоток.

Марс, услышав эти слова, очень по-человечески тяжело вздохнул и покачал головой. Зоя же опешила и лишь удивленно переводила взгляд с кота на Авелин и обратно.

Авелин, проглотив коньяк, опять затянулась сигаретным дымом и обратилась уже к Зое:

– Твоя мачеха, как там ее в этом воплощении зовут? Маргарита Федоровна, верно?

– Да. Верно.

– Сильная и хитрая ведьма. После Рождества ее защита будет уже в другом предмете, в каком, я думаю, она еще и сама пока это не решила.

– А что случится потом, после того, как она отдаст мне свою заколку? Она умрет?

– А дальше, Зоя, это уже моя забота. Скажу лишь, что не только твоего отца она загнала в могилу. Точнее, он был девятой ее жертвой. Ты, кстати, еще легко отделалась, выполняя работу по дому и донашивая обноски за ее дочерьми, – Авелин неожиданно замолчала, вгляделась в Зою и дернула удивленно бровью, – впрочем, я ошиблась, прости.