Тихое счастье

Дотягивается до выключателя лампы, стоящей на прикроватной тумбочке, щелкает им и садится в кровати, не взглянув на часы, выдыхает:

– Господи, да когда же уже она отстанет-то от меня? И она, и этот сон! Ведь 26 лет уже прошло! Павла уже больше года как на свете нет, а она все не угомонится, хоть раз в год, но приснится. Что ж за напасть-то такая?

В тишине большой квартиры было слышно только тиканье напольных часов, стоящих в гостиной. Все обитатели квартиры спали. Анна, услышав характерный щелчок, означающий, что сейчас часы начнут бить ровный час, начинает привычно, в уме, отсчитывать удары: часы отбивают шесть.

– И будильник заводить не надо!

Встает, заправляет постель и бесшумно уходит в ванную. Появившись через 15 минут на кухне, застает там хмурую дочь, роющуюся в корзинке с лекарствами.

– Даша, что? Опять Павлик заболел?

– Опять! – кивает хмурая дочь. – Всю ночь кашлял. Глаз не сомкнула из-за его кашля! И где только умудрился простыть?

– Ну, как где? Где все дети простывают? А вчера ветер сильный был, наверняка ведь куртку не застегнул, когда со школы возвращался, – Анна вздохнула, – температура есть или пока нет?

– Не знаю.

– Ну, так и иди! Что ж я с внуком не посижу, что ли? – вздыхает Анна. – Даш, скажи, что ты пытаешься найти в корзинке?

– Так градусник и пытаюсь найти! Наверняка Славка опять взял и не положил на место! – зло бросает Дарья упрек младшему брату.

– На, держи. На дне он лежал, – Анна вытянула электронный градусник со дна корзины и протянула его дочери.

– Спасибо, – дочь машинально кивнула, а потом, вспомнив, уточнила:

– Ты ж, вроде, говорила, что хотела к тетке Оле в гости поехать?

– Значит, не поеду. Куда ж она денется от меня? На следующие выходные, значит, съезжу.

И словно в подтверждение ее слов раздался сиплый голос мальчика:

– Ба, я заболел!

– Знаю, Пашуль, мама уже рассказала, – улыбнулась грустно Анна. – Где же это ты так, ребенок, простыл-то у нас?

– Не знаю, бабуль! – Павлик громко чихнул, успев, правда, закрыть рот ладошкой.

– Так, а ты почему босиком и по холодному полу? – взвилась Дарья.