Муж по завещанию

А вот нет! Выглядит эта курица Оксана на фоне Натальи, как подделка из Китая, и всё тут! Наталья была старше и этой бестолковой Оксаны, и его самого. Но это Дениса не смущало. Разница в возрасте была не критичной.

– Да с какого рожна? – выругался он вслух, когда понял, что думает о Наталье, и от этого у него тяжелеет в паху. И ведь почему-то именно с Натальей, а не с Оксаной, ему захотелось сравнить маму.

– Ладно, девочка, вот поваляешься подо мной, покричишь от удовольствия, как эта дурища Оксана, и меня отпустит! Это я точно знаю! – усмехнулся Денис своему отражению в зеркале и пошел одеваться.

Сегодня он, услышав смех матери, понял, что соскучился по ней. Сегодня он готов с ней повидаться.

В том, почему именно Денис не заходит к маме, не навещает её, он не признается никому и никогда. А дело было лишь в том, что он не может видеть её такой больной, со слабой и какой-то виноватой улыбкой. В том, что она умирает, нет её вины, а она, почему-то, винит именно себя. Денис хочет помнить маму всегда улыбающейся и полной жизни, вот такой, как сегодня.

Проснувшись сегодня от смеха мамы, ему даже показалось, что всё, что происходило в последний год – был всего лишь дурной сон. Все эти больницы, операции, надежды на то, что болезнь отступила в этот раз навсегда.

Год назад мама вдруг резко почувствовала себя плохо. Нет, боли в груди у неё и раньше были. А у кого их нет в её возрасте? Стандартные ответы:

– А! Ерунда! Не выспалась. Погода меняется!

Да мало ли этих отговорок может быть? Диагноз после посещения врача звучал как приговор: рак груди, с метастазами в легких, отчего и боли в груди.

Тогда же врачи ей и отвели полгода, максимум, год жизни.

Отец, конечно, повез её в Германию. Там же и делали маме операцию, химиотерапию, ещё что-то там. Мама из Германии вернулась в парике и похудевшая. Но живая! Даже прежний смех её вернулся. На полгода болезнь отступила, а потом опять вернулась. Вернулась, чтобы уже не отпускать.

Он, Денис, в тот день, когда маме поставили повторный диагноз, ушел из дома на три дня. Элементарно бухал, переезжая из клуба в клуб. Благо, их сейчас навалом! А уж приватные кабинеты с удобными диванами есть почти в каждом. И не важно, что эти диваны обычно используют по другому назначению. Через три дня его в одном из таких приватных кабинетов и нашел Егор, начальник охраны отца. Молча зашел, так же молча, сгреб в охапку, как маленького, и привез домой.