Anamnesis. Том 2

Не отпуская моё плечо, фельдшер вглядывался в приближающийся остров, подавшись вперёд всем телом:

– Семён, ты быстрее можешь?!

Лейтенант покачал головой:

– На пределе. Потерпи, через пару минут причалим!

Но уже через минуту стало видно, что фигурка на берегу – женская. В одном белье.

– Оксанка! – с улыбкой протянул Иваныч.

И осел на скамью.

    8 сентября, Кобельки, участковая больница, 15—30.

– Докладывайте! – я плюхнулся на стул и обвёл взглядом выстроившийся в кабинете персонал.

Вперёд выступила Мария Глебовна:

– За время вашего отсутствия, доктор, особых происшествий не было! – бодро отрапортовала она.

Как-то уж слишком бодро…

– А неособых? – подозрительно уточнил я.

– Ну… – замялась было акушерка, но я пресёк колебания:

– Давайте без «ну»! Что стряслось?

– У Зотова, который с тромбоэмболией, приступ был.

– Что за приступ? Одышка?

– Нет, непонятное что-то. Потерял сознание, побледнел, затрясся. Да, ещё очень мокрый был весь, прямо в крупных таких каплях! Похоже на эпилепсию, но не совсем, – акушерка выглядела немного растерянной.

Я тоже озадачился. Что ещё за новости?!

– Сейчас-то он в сознании? Сколько времени продолжался приступ? Пульс, давление какие были? Сахар крови определили? – засыпал я вопросами Марию Глебовну.

– Да, он в сознание минут через десять пришёл. Пульс был под двести, давление – нормальное. Кровь на сахар взяли уже после приступа – немного снижен. Три ровно.

– Чем купировали приступ? – я не унимался.

– Да ничем. Сам в себя пришёл, мы только следили, чтобы язык не прикусил, да не задохнулся. Он трясся – трясся, а потом раз – и всё закончилось. Как-то сразу в себя пришёл: лежит довольный такой, улыбается! – закончила доклад акушерка.

– Улыбается? – машинально переспросил я.

– Ага! – хором подтвердили Мария Глебовна с Клавдией Петровной.

– Сейчас как себя чувствует?

– Вполне удовлетворительно.

Я вздохнул с облегчением:

– Вот и славно. Что ещё?

– Ещё да… – начала было акушерка, но её локтем в бок ткнула Клавдия Петровна:

– Да ничего больше, Пал Палыч! Тут у нас с Машкой маленькие женские секреты.

Та, потирая бок и морщась, закивала головой:

– Верно, верно! А больше – ничего.

– Ну, если это ваши, как вы говорите, женские тайны, то я в них лезть не буду! – великодушно заявил я, – На приём народу много пришло?

– Да, сегодня наплыв: человек двадцать первичных и ещё с десяток на повторный осмотр.