Ненависть эльфа – любви не помеха

 – Братец бросил веселый взгляд на Минора, и будущий зять залился густой краской и повернул своего коня на дорогу, ведущую прочь из усадьбы барона.

– Ха-ха! Очень смешно! Просто обхохочешься! – Рявкнула раздраженная Лилэй, высунув свою белоснежную голову из кареты. – Жаль, что тебя боги обошли стороной и не наградили «редким даром», сделав тебя женщиной, в отличии от меня. Я бы тогда посмотрела на тебя и на твою любовь к верховой езде… Уверяю, это бы тебе отбило желание к путешествиям. Хотя, – усмехнулась своим мыслям юная эльфийка, прежде, чем сказать, – ты всегда искал на свой зад приключения… Не удивлюсь, если ты не понаслышке знаешь о «жесткости седла» …

Насмешка сестры заставила улыбку Мэлинара слететь с его губ, и он был готов ответить дерзостью на дерзость, но вмешался владыка.

– Хватит, дети мои! А ты, Мэлинар, не доставай свою сестру! Она несет исключительную ответственность за благословение богов и только ей знать, насколько тяжела эта ноша, поэтому не смейся над ней. – Отчитал Вэлиоруэль среднего сына и добавил.

Мэлинар ответил холодное – «да, отец» и направил Шторма вслед за Минором, не желая больше выслушивать нотации родителя. Груженная карета тоже пришла в движение и под прощальные взмахи слуг и барона, выехала из двора и с легким скрипом зашуршала по вымощенной галькой дороге.

– Ох, как славно! – Выдохнула Лилэй, завалившись всем телом на оббитую подушками скамью на противоположном от Кириллы сиденье кареты.

– Как здорово, что ты составишь мне компанию! Я уж подумала, что всю дорогу мне придется провести в одиночестве. – Искренне визжала Кири от радости.

– Ага, я тоже этому несказанно рада, только не кричи ты так громко. Я вчера перебрала вашей ягодной шипучки и, кажется, совершила что-то очень ужасное. – Простонала Лилэй и потерла глаза, под которыми залегли темные круги.

– Что-то ужасное? Это что? – Полюбопытствовала Кирилла.

– Ох, если бы я только знала…, – вымученно простонала эльфийка и продолжила с удивлением в голосе, – но, проснулась я почему-то в объятиях Минора, в его спальне, вся в следах от засосов и укусов… Сдается мне, что осмелев от алкоголя я набросилась на него, за что и была жестоко наказана. Теперь мне придется мучится не только от похмелья, но и от боли во всем теле. – Снова простонала она и зажмурилась от головных спазмов.