Ненависть эльфа – любви не помеха

Здесь слишком шумно… Не желаешь ли пройти в оранжерею? Я видела ее с наружи дворца, хотелось бы посмотреть изнутри на красоты человеческого сада. – Предложила эльфийка.

Кирилла быстро закивала головой и потерла руки, так как ей не терпелось узнать пикантные подробности любовной истории своего новоиспеченной подруги, ведь до этого, не смотря на то, что девушка была очень общительной и дружелюбной, друзей у нее было с гулькин нос и только в родном поместье, так как из-за этой ее особенности быстро привязываться к людям, многие избегали ее, считая ее слишком открытой и приставучей.

Кирилла под руку с Лилэй покинули бальный зал и отправились в оранжерею, которая находилась в другом конце этажа. Прогуливаясь между рядов необыкновенных и экзотических растений и райских цветов, вдыхая их приятный аромат, молодая эльфийка продолжал повествовать о своей жизни.

– Когда я был еще маленькой, то братья чрезмерно опекали меня, потому как я была еще той плаксой… Отец говорит, что после смерти мамы, я ходила за ними хвостиком, и мои глаза были постоянно мокрыми от слез.

– Ты росла без матери? Я тебе сочувствую… Я тоже свою мать не помню, она рано умерла, но у меня хотя бы есть мачеха… Наверно, тебе тяжело вспоминать об этом… – Сочувственно спросила Кири, не желая бередить больные раны новой приятельници.

– Все нормально, я была слишком маленьким и ничего не помню из того… Так ты готова послушать за моего милого Минора? – Уточнила высокая остроухая девица, смахивающая на эльфа-паренька из-за своей одежды, и получив сияющую от любопытства улыбку в знак согласия, продолжила.

 – Собственно, о нем я могу говорить часами и поверь, язык мой не болит от типунов.

Кирилла счастливо усмехнулась.

– Так вот, в то время, когда я была совсем крошкой-эльфом и таскалась за братьями своими по пятам и подражая им во всем, Минор – из темных эльфов, воспитывался у нас во дворце, он был лучшим другом моего старшего брата. Ему часто приходилось нянчиться со мной, а поскольку меня в детстве нельзя было отличить от мальчишки по характеру, Минор быстро ко мне привязался, ведь я в компании братьев и Минора была главною фигурой.

Я выросла практически на его руках и считала его членом своей семьи не отделяя от родных братьев, но когда я достигла подросткового возраста, то заметила, что его отношение ко мне резко изменилось: он стал замкнут, неразговорчив и вообще избегал меня при каждой нашей встрече, особенно цепляло мое сердце болью, когда мы были с ним на едине.