Наследница вампиров по прозвищу Черная роза. Книга 3

Зелено-желтого оттенка облезшая кожа была натянута на черепе так, что открывала полностью редкие зубы и область вокруг глаз, делая их совершенно выпученными. Казалось, что вот-вот она треснет и разойдется на лице как обычная материя. Мертвецкие мутные глаза не выражали никаких эмоций, в них была сама смерть, холодная и неприятная, так же, как в зияющей дыре вместо носа.

Должно быть это существо умерло примерно полсотни лет назад, или просто, что-то поддерживало его тело, не давая умереть окончательно. Чтобы это ни было, но некроманту удавалось жить тысячелетия, тогда, когда другие маги обходились парой сотен лет.

– Не убивай меня! – С всхлипами, умолял он.

– И это заговорил тот, кто только что пытался отправить меня к прародителям? – Удивился я, глядя на то, как существо, которое само вызывает ужас только одним своим видом, трясется от страха. – Теперь-то ты мне все расскажешь!

– Хорошо, хорошо, только не убивай!

– Это будет зависеть от твоих ответов! – Фыркнул я на него и накинул уже капюшон на его лицо, чтобы его мерзкая физиономия не доводила меня до тошноты.

– Ему нужна твоя девушка – вампирша, а ты его главный конкурент.

– Хм! Моя Розочка? Зачем она ему?

У меня невольно екнуло в груди, так как переживал за свою возлюбленную, особенно теперь, когда она понадобилась отцу.

– Никому не было под силу разрушить Божественное проклятье, но ей удалось это. Она очень сильна и Владыка хочет сделать ее своей, хочет, чтобы она правила весте с ним как Владычица.

Эта новость повергла меня, мягко говоря, в шок, я меньше удивился тому, что отец желает моей смерти, чем тому, что он хочет отнять у меня любимую женщину. Как не крути, это было далеко не по-отцовски.

– Но зачем ему тогда убирать меня?

– Недавно он услышал предсказание о том, что ты будешь причиной его крушения. Люцифер связывает это с тем, что твое влюбленное человеческое сердце не сдастся и ты будешь бороться за девушку.

– Это батя правильно думает, так как я не отдам ее никому.

Не знаю, что разозлило меня больше, но от гнева из моих глаз посыпались искры. Попадись отец мне прямо сейчас, я бы разорвал его на мелкие кусочки. Я прислуживал ему, освободил из заточения, а он решил отплатить мне предательством, вогнав нож в спину. Он пожелал отнять у меня единственное сокровище, которое имело для меня значение, оставив гнить в сырой земле.