Мистика и ужасы. Часть 2

Что же было с сыном?

Он стал бояться темноты, не спал от кошмаров. Кошмары стали мучить и Инну, она очень переживала за сына.

…

– Ух ты, шевельнулся! – Инна почувствовала толчки в животе. Шёл 8 месяц беременности. Малыш и до этого шевелился, но сейчас стал более активным. Интересно было видеть ручку или ножку, выпирающую на животе.

– Мамуль, а можно мне потрогать?

– Да, – Инна положила ладонь сына на живот, – Чувствуешь? Это он там кувыркается, твой братик.

Богдан был удивлён и радостно улыбался.

– А он нас слышит?

– Да, можешь сказать: "Привет"

– Привет, Алексей! – сказал Богдан, не убирая руку с живота.

Инна вдруг почувствовала резкую боль, ребёнок внутри стал дёргаться сильнее, словно хотел вырваться от чего-то. Инна испугалась, Богдан вновь был не похож на себя, его глаза были холодны, а на лице злорадная улыбка, так смотрят на вожделенный кусок мяса голодные собаки. Инна оттолкнула руку сына. Богдан был удивлён, на глазах выступили слёзы.

– Мамочка, почему ты так? Я ничего плохого не сделал.

– Прости, прости, мне стало плохо, я не хотела.

Но сын закрыл личико руками и в слезах убежал к себе. Что же это? Инна захотела извиниться перед сыном, успокоить его, он сам не понимает, что происходит, как и она. Инна решила ещё раз попросить прощения, обнять, успокоить его. Она подошла к комнате сына и услышала его испуганный крик.

– Нет, они меня любят, не бросят, не бросят.

Послышался хрип.

– Сынок! – Инна бросилась в комнату, сын лежал на полу, он задыхался в приступе астмы.

На следующий день они вышли погулять. У Инны зазвонил телефон, она отошла в сторонку от шумной компании детишек и мам, чтобы спокойно ответить. Когда вернулась, Богдана нигде не было.

– А где Богдан?

Мамочки на площадке пожали плечами.

– Тётя, а он пошёл вон туда.

Девочка указала в сторону проезжей части.

– -Богдан!

Инна бросилась за сыном. Он подходил к дороге, Инна окликнула его, но он не реагировал.

– Сынок, сыночек! Сейчас, сейчас!

Она поддерживала голову сына и судорожно набирала номер неотложки. Она взглянула в глаза Богдана и вновь увидела тот холодный, злобный взгляд. Голова закружилась, мир погрузился во тьму.

Как прошли похороны, она помнила смутно.