Похождения своевольного персонажа. Роман-фантасмагория

Она была глубоко погруженна в размышления, созерцая нечто, видимое только ей. Казалось, что угол башни, около которого она сидит с хаотично разбросанными кругом инструментами, – это единственное устойчивое и безопасное место в окружавшей фантасмагории.

– Это одна из самых таинственных гравюр Дюрера, – Катерина, видимо, опробовала на Инге и Йело свою будущую книгу. – Никто не может объяснить, например, почему тут лежит худая собака.

– Она худая, потому что женщина настолько глубоко задумалась, что забыла ее покормить, – высказал предположение Йело.

Столь приземленное объяснение показалось Катерине чуть ли не святотатством.

– Может у тебя есть и догадки, почему изображено такое нагромождение всяких инструментов? И причем здесь комета? – в вопросе звучал некоторый вызов.

Йело отсутпил чуть назад, его взгляд блуждал по гравюре.

– Мне кажется, что эта женщина видит, сколько в мире существует всяких знаний, умений, ремесел, и понимает, что охватить все невозможно, От этого она впала в уныние, или, как вы говорите, меланхолию.

Катерина не могла припомнить, чтобы кому-то из известных ей искусствоведов приходил в голову столь простой подход к расшифровке гравюры. Может, действительно так оно и есть?

Накупив открыток, они вышли из дворца. К спускающимся в сад ступеням подошел мужчина. Это был Влад.

«Я знал, где тебя искать», – и он протянул Инге букет цветов.

Катерина и Йело тут же попрощались и исчезли в ближайшем кафе.

Глава 5. Латте

Николай Евграфович не был «скрепником-фундаменталистом» и после путешествия поселил Ингу и Влада вместе. Как он считал, на всю жизнь. Это, конечно, не отменяет штампа в паспорте. Он необходим. Ну и, разумеется, свадебка тоже не помешает. Нет, он не был сторонником шумных ресторанных застолий. Достойное, подобающее случаю торжество в кругу своих – это то, что нужно.

Кроме того, он был уверен, что каждая девушка мечтает не только о свадьбе, но и о процессе подготовки к этому ответственному событию. Сама подготовка – это всепоглощающий процесс, и невеста ни о чем не способна больше думать, полагал Николай Евграфович, как только о платье, списке гостей, меню и пр.

Повинуясь его перу, вернее, клавишам на клавиатуре, Инга спешила на очередную примерку в Салон свадебных платьев.