Одержимость Темного лорда, или Полнейший замуж!

И даже разъяснила тебе все тонкости отношений между мужским и женским полом, когда ты начал заглядываться на горничных.

– Вечно буду благодарен, – пробурчал мой жених, и я с удивлением отметила, что у него порозовели кончики ушей.

Пусть едва заметно, но все же! Мне определенно уже нравится эта Талиана!

– Приятно познакомиться, леди де Сенбожур, – присела перед ней в реверансе, как полагалось нормами учтивости.

– Никаких леди, – тут же закатила глаза гостья. – Только на «ты» и по имени, никак иначе! – усмехнулась и, стрельнув глазками из-под густых ресниц, пообещала, – а не то мужу Пентарху нажалуюсь! – она расхохоталась.

– Как скажете, – я залюбовалась ею.

Вот это выпуклости! Дядюшка мой бы уже замер, пуская слюни. У меня по сравнению с ней сплошные впуклости, иначе и не скажешь! Взгляд скользнул по высокой груди, обтянутой темно-синим шелком платья, которое отлично сидело на изумительной фигуре, изящно стекая на осиную талию и пышные бедра с явным осознанием того, что для него честь подчеркивать эту красоту.

– Скажешь, – поправила Талиана, в ответ разглядывая меня. – Вот какая ты, будущая леди Даркрэйн! – черные очи задержались на материнском сапфировом ожерелье, которое все еще покоилось на моей шее. – Занятно, – пробормотала она, нахмурившись – но лишь на миг, вскоре на лице снова заиграла улыбка.

А что не так? Я тоже свела брови к переносице и уже открыла рот, чтобы честно спросить, но не успела.

– Леона, прошу тебя простить этого оболтуса, – пропела бывшая мачеха моего жениха, – он хоть и Пентарх Горного региона, но уважения к приличиям у него ни на грош не прибавилось со временем голопопого детства.

– У меня были на то веские основания, – раздраженно фыркнул Даркрэйн, – и тебе прекрасно об этом известно, Талиана!

– Твои основания на поверку могут оказаться слегка надуманными, – парировала она.

– И долго ты намерена тут проживать? – уточнил он с опаской.

– Такой вежливый, что молоко вон в чанах свернулось, поди! – фыркнула женщина. – Сколько потребуется, юноша. То есть, до самой свадьбы!

– Прикажу провести церемонию завтра, – буркнул даркдар, и мое сердце рухнуло в пятки.