Хочу тебя (на)всегда, или Курица на шпильках

– Хотя, если ты хочешь меня под шумок изнасиловать, я не против.

Вот шустрый стрекозел!

– Только жалко, что ничего не запомню. А я хочу запечатлеть в памяти нашу ночь в мельчайших деталях. – Жадно вгляделся в мое лицо. – Она навсегда впечатается в мой мозг. И ты ее тоже ни за что не забудешь, можешь быть уверена!

Он прикрыл глаза, когда я положила ладонь на его щеку.

Египетские долгоносики!

– Ты горишь! – подскочила тут же.

– Началось, – прошептал Даян, будто через силу. – Не уходи, пожалуйста. Не оставляй, Дамиана.

***

Следующие несколько часов были адом. Даяна трясло так, что я с трудом вливала в него воду. В ход пошли и лекарства, и обтирания, и акупунктура. Ничего не помогало. Я рыдала от бессилия, с трудом сдерживаясь, чтобы не бросить все и не позвонить в скорую. Но интуиция напоминала о его словах. И мне приходилось верить ей, цепляться за дурацкую фразу и надеяться, что все будет хорошо.

– Ванну льдом наполнили? – бросила я Биг Футу и Черепунделю, которые носились туда-сюда с ведерками льда.

– Да, госпожа! – отрапортовали хором, перекричав даже Дусика, запертого в туалете, и возмущенно по этом поводу вопящего.

Ирман, наблюдающий со стороны, скривился. Он будто ждет, когда я облажаюсь, чтобы удовлетворенно кивнуть. Придурок!

– Чего стоишь? – зыркнула на него раздраженно. – Помог бы лучше!

– Ты главная! – съехидничал с удовольствием.

Ну и… Скотина же этакая!

– За концы простыни хватайтесь и несите его в ванную, – велела я ребятам.

Мы погрузили раздетого Даяна в подтаявший лед. Я села на бортик, обмывая ледяной водой лицо страдальца.

– Госпожа, у вас пальцы синие уже, – очнулась от слов Черепунделя.

– Зови меня Дамианой, пожалуйста, – попросила устало. – Нет, лучше просто Аней.

Дамианой меня должен звать только один мужчина на свете! Ярко, чувственно, эротично проговаривая это имя, которое я всю жизнь недолюбливала, а благодаря Даяну полюбила.

Посмотрела на больного.

– Несем обратно на кровать, – я посмотрела на и впрямь синюшные пальцы, которые тут же скрутило жуткой болью.

Скрипя зубами, прошла за помощниками в комнату. Перебинтовала раны моего пациента, отметив, что они выглядят гораздо лучше, чем раньше. Следом мы сменили белье и переодели Даяна в сухое. Надо отдохнуть.

– Идите, поспите хоть немного, – с признательностью посмотрела на Биг Фута и Черепунделя.