Верни долг, дракон!

 – Не знал, что такие чудеса бывают! Он что, пару дворян—постояльцев ограбил, укокошил и в саду закопал?

– Мой отец был честным и хорошим человеком! – куда громче, чем позволялось нормами приличия, ответила я. – Папа посвятил жизнь нам с братом, заменил мать после ее смерти! Более благородного человека не сыскать!

Рука Севаста легла под столом на мое колено. С трудом, но мне удалось обуздать гнев и обиду. Горячая влага набежала на глаза, но капать в суп я ей не позволила. Радовать этого чешуйчатого гада с короной на голове слезами? Ни за что!

Сделав глоток вина, успокоилась, как могла.

– А кем была ваша мать, Тэя? – продолжил Феррат. – Без сомнений, самой благочестивой женщиной на свете? – в голосе проскользнули издевательские нотки. – Лучшей женой и матерью?

– Именно так. – Ответила я. – Как и ваша, вероятно!

Его челюсть на мгновение отвисла.

– Амиру Атар впервые на моей памяти назвали благочестивой женщиной! – Феррат покачал головой и начал хохотать.

В этот момент в шатер внесли зажаренную на вертеле косулю, и мужчина потерял интерес ко мне, как и все остальные. Лишь Дарьяр, склонившись к моему уху, прошептал:

– Прежде чем что-то сказать, вспомните, что от вас зависит и благополучие брата, Тэя. Если не хотите, чтобы он рос и мужал в темнице, подбирайте слова.

Глава 6. Драконий танец любви

Дарьяр

Откуда в этой хрупкой девушке столько смелости? Вместе с неосмотрительностью и горячностью, конечно же. Я с замиранием сердца слушал ее ответы королю, приправленные прямым взглядом, который горел негодованием, и помимо воли восхищался ею. Но эта дерзость могла дорого ей стоить.

К счастью, в шатер внесли косулю, и всеобщее внимание переключилось на нее. Как свора собак, дворяне набросились на добычу, чтобы получить кусок получше, но подошел Феррат и все отступили.

По древней традиции он должен был разделать тушу и выделить каждому долю. В наше время этот обычай немного видоизменился – мясом занимались слуги, передавая королю наполненные тарелки. Ему оставалось только выбрать, что кому достанется.

Один за другим дворяне возвращались за стол с полными мисками. Одни с победной улыбкой – этим повезло оказаться в милости у монарха. Другие были бледными, с бегающими глазами.