Спасти(сь) (от) дракона

Вот ни на минуту ведь отойти нельзя, что ты будешь делать!

– Шашлычок! – а вот Эльмира популярность друга у противоположного пола вовсе не беспокоила.

Он шлепнулся рядом, сполоснул руки в чаше с водой и, схватив большой шмат мяса с подноса в центре стола, впился в него зубами, урча.

– Подавишься ведь, – расхохотался его друг, потягивая какой-то напиток из маленькой чашечки.

– Вот ты злой, укорила я, – сев под бочок к блондину – отсюда было лучше всего видать всех служанок, – там жаждущие замуж девицы его по попе отхлестали, чуть все кучеряшки не повыдергивали, и едва не заставили взять их замуж!

– Вот бы матушка твоя была счастлива! – Мансур усмехнулся в чашку.

– Твоя тоже жаждет тебя женить! – фыркнул в ответ блондин и принялся за второй кусок.

– И не говори!

Оба расхохотались. Я, положив на тарелку овощей с рисом и курочкой, только переводила непонимающий взгляд с одного на другого.

– В следующий раз будешь сам у дверей купальни дежурить! – заявила и попробовала мясо.

Вкусно, кстати!

– Хотя, нет, – я покачала головой, представив сколько девиц сбежится в надежде, что он возьмет их замуж.

– А чего нет-то? – поддразнил Мансур.

– А то, что… – подыскивая аргументы, накидала в рот риса, – а то, что всех распугаешь, никто мыться не пойдет, будут все грязными ходить, фуууу!

– Выкрутилась, – усмехнулся Эль.

– Ты лучше скажи, как наши верблюдики? – не моргнув, перевела тему.

– Аман, Найяна и Амайян спят в стойлах, сытые и довольные.

– Давайте уже спокойно есть! – резко прервал Мансур, поставив на стол чашку.

– А что тебе не нравится? – невинно хлопая глазами, спросил Эльмир.

Вот и мне интересно. Как разговор об именах верблюдов заходит, так эти двое темнить начинают. Понятно, что это неспроста. Но больше ничего не понятно.

Я отвела взгляд и сосредоточилась на ужине. Ну их, этих чешуйчатых с их секретиками! Лучше покушаю спокойно и полюбуюсь наступающей ночью.

Легкие выдохи ветерка гладят кожу, принося с собой пряные запахи специй, цветочные ароматы и вплетающиеся в них легкие нотки пахучей травы, разбросанной по крыше. Мы тоже так делали в храме – зелень, подвяленная на солнышке, долго потом отдает свою приятную свежесть, если разложить ее по углам.