Очешуеть! Я – жена дракона?!

Но не в расчете на реальность же! Приданое уж точно не собирала, и чулочки с подвязками для первой брачной ночи в витринах не высматривала!

– Мне нельзя замуж, Рэйнар, поймите же!

– Почему?

– У меня… у меня… – в голове роились тучи мыслей.

– Ну же?

– У меня накладные! – нашлась я. – И завтра привоз продуктов в таверну! Некогда замужами заниматься, работать нужно, чтобы семья по миру не пошла!

– Не выйдет.

– Что значит, не выйдет? Я отказываюсь!

– Поздно.

– Что значит поздно? – осведомилась подозрительно, чувствуя, что еще чего-то не знаю.

– Брачный договор уже подписан обеими сторонами.

– Я ничего не подписывала!

– Вам и не надо. Я сделал предложение. Ваш отец посопротивлялся для приличия, пытался убедить меня, что вы незаменимы, – дракон усмехнулся. – Но кошель с золотыми таланами решил вопрос. Отеческая любовь мигом испарилась, стоило вашему батюшке почувствовать его вес в руке.

– Этого не может быть! – потрясенно выдохнула я.

– Может, Северина. Отец продал вас мне.

Вы – моя жена отныне, и пока смерть не разлучит нас. Может, эта идея была не так уж и плоха? – мужчина шагнул ко мне, драконьи глаза сверкнули, на мгновение в них прорезалась вертикальная игла зрачка.

Он накрутил на палец локон, выбившийся из косы. Рука скользнула по моей талии и притянула меня к нему.

– Не смейте! – отшатнулась от него и отвесила пощечину.

– Что значит не смейте? – возмутился он. – Я ваш муж!

– Черта с два! – бросилась к двери, распахнула ее и…

И едва не споткнулась о чемодан.

Сестры стояли у двери стройным рядком, от Лины до совсем еще крошки Клариссы, которая ковыряла в носу, засыпая на ходу.

– Поздравляем! – дружно гаркнули они.

Младшая проснулась и, не понимая, что происходит, разревелась.

– Вот, – к моим ногам подвинули чемодан, в который уместился весь мой нехитрый скарб. – Держи, – в руки засунули клетку с Юджином.

– Чего за кипежжж? – осведомился озадаченный какаду и вцепился в прутья. – За что в тюррррягу-то?

Вот вредные сестры, знают ведь, что он не переносит клетки!

– Прости, Юджин, – я выпустила его, довольный птах уселся на мое плечо и тут же предложил:

– Цьмок-цьмок?

– Не до цьмоков.

– Почччему? – удивленно распушил желтоватый хохолок на голове.

– Меня замуж отдали. – Пожаловалась единственному другу.

– О как! – попугай нахохлился. – Зачем?

– У них спроси.

– Нечччего в этом замужже делать! – заявил какаду.

И я была с ним полностью согласна.