Anamnesis mali. История беды

Случаев, когда наш юный коллега демонстрировал свою неуёмную тягу к рукоблудию (термин Витаминыча, нашего заведующего, – означает нездоровое стремление доктора во что бы то ни стало сделать что-то с пациентом руками, вместо того, чтобы подумать головой) – не счесть. Вот, к примеру: из последнего, так сказать.

Дежурили мы неделю назад втроём: Михалыч, Витаминыч и я. Всё шло относительно благополучно, пока в палату к Михалычу не поступил новый больной. Наш чудо-доктор привычно натянул колпак с маской – и отправился в палату принимать пациента.

Мы с шефом спокойно занимались своими делами. Как говорится, – ничто не предвещало…

…Пока через час (!) в ординаторскую не вошла сестричка из палаты Михалыча и, потупясь, предложила нам зайти к новому пациенту.

– А что случилось? – хором поинтересовались мы с шефом.

– Ну… Мне кажется, вам нужно там быть! – загадочно ответила сестра.

Витаминыч пожал плечами и направился к выходу из ординаторской.

– Я нужен? – поинтересовался я, не особо желая отрываться от накопившейся за день писанины.

– Да справлюсь, наверное, – самоуверенно заявил Витаминыч и исчез.

Вернулся шеф довольно быстро. И принялся молча нарезать круги по ординаторской, выкуривая одну «Приму» за другой. Без остановки.

Немного зная привычки Витаминыча, я терпеливо и молча ждал. С интересом наблюдая, как едкий дым красивыми клубами заполняет тесное помещение.

Успокоился шеф лишь на пятой сигарете.

– Михалыч подключичку ставил!

– Бывает, – кивнул я головой, – И что?

– Палыч, не поверишь! Семнадцать дырок! – Витаминыч вцепился руками в собственные волосы, – И все – справа!

– О……ть! – потрясённо прошептал я.

– Представляешь, я, когда дырки увидел, – первая мысль была: гномик из автомата Калашникова стрелял. Маленького такого… Очередью! – не отпуская волосы, шеф принялся раскачиваться из стороны в стороны, – Палыч, может его побить, а?

– Не поможет, – вздохнул я, – Лёгкое проткнул?

– Опять же, не поверишь: не проткнул! – Витаминыч вскочил и вновь принялся метаться по комнате.

– Мастер! – восхитился я.

– Убью! – возразил шеф и выскочил в коридор.

Откуда долго ещё потом доносились неясная возня и сдавленные крики…

Теперь понятна моя сегодняшняя тревога: Михалыч ушёл к своим больным уже давно. Очень давно: больше часа назад. И до сих пор не возвращался.