Лунная волчица, или Ты попал, оборотень!

Сладкая, нежная, страстная! Похоже, сегодня провидение привело в мою постель идеальную женщину. И я все сделаю, чтобы эта ночь была лучшей в ее жизни! Даже если придется сдерживаться изо всех сил, чтобы не наброситься на нее. Рычать от желания, но быть осторожным, любя мою крошку сдержанно, раскрывая ей все возможные грани наслаждения.

Как же это было сложно, кто бы знал! Ласкать, упиваясь ее стонами, гореть от обнаженного тела, льнущего к моему, чувствовать желание Лии, подчинять норовистую красотку себе, на самом деле подчиняясь ее желаниям.

Вновь начав входить в нее, податливо раскрывшей подо мной бедра – против такого бесстыдного зова не устоять, вновь поторопился, уступив зову плоти. Ее стон отрезвил, заставил проклинать себя. Посмотрел в сияющие глаза. Улыбнувшись, она поцеловала меня, притянув к себе, двинулась навстречу, вбирая меня в себя.

Как же хорошо! Застонал, уткнувшись лицом в ее волосы. Это в самом деле я? Мужчина, который даже в юности мог заниматься сексом с подружкой, не потревожив ее родителей, спящих рядом? Боюсь, если так пойдет и дальше, разбужу весь Манхэттен!

Растворяясь в удовольствии, я вновь отпустил вожжи желания, позволив ему солировать.

Хотелось быть как можно глубже в этой крошке, двигаясь быстро, жестко, яростно! Но ее стон снова отрезвил. Я остановился и прошептал:

– Больно? Остановимся, как только скажешь, Лия.

– Не надо останавливаться, – промурлыкала она.

Улыбнулась, прикрыла глаза, словно смаковала меня, и сжала своими обжигающими кольцами так, что дыхание прервалось.

– Боже! – едва смог выдохнуть, содрогаясь всем телом и сдерживаясь из последних сил, чтобы не кончить. – Что же ты со мной делаешь!

Чуть позже выяснилось, что она только начала – делать то, чего ей хотелось. Все мои попытки быть осторожным и заботливым оказались сметены страстью, с которой Лия отдавалась мне. Поспорил бы насчет того, кто кого лишал невинности в эту ночь! Ох, поспорил бы!

Вскоре и сам перестал нежничать, с удовольствием дав ей то, чего она хотела.

Сначала с оглядкой, притормаживая время от времени, чтобы убедиться, что не причиняю девушке страданий, а потом, упиваясь сладкими стонами, просто любя ее вволю.

Немного грубо и жестко, прижав к кровати, потом поставив на четвереньки и рыча от открывшегося вида, и, под конец, усадив ее на себя – помогать пришлось лишь вначале, положив руки на бедра девушки и направив их движение.