Чистейшая 3

Надежда? Они смогут остановить Драгана? Но нет. Даже если они справятся, то одна отбитая атака не спасёт. А десяток? Возможно, да.

В любом случае, если не пытаться, то можно всё потерять.

– Мы сможем, наконец, пересечься с ним лично! – воодушевилась Лиз, но не Картер. Вампир насторожился, сдвинув брови.

– Ты хочешь поговорить с Драганом? – конечно, он понял всё и с первого раза, но пришлось уточнить, чтобы успокоиться. Иначе бы он просто взорвался из-за её сомнительных планов.

Элизабет кивнула. Её сердце забилось сильнее в еле ощутимом азарте.

– Он уже выходил на разговор со мной, значит, готов что-то обсуждать.

Наивность девушки зашкаливала, и на момент Картер растерялся.

– Твоё объединение с ним – да, конечно. Но не желание остановить.

Только вот правда в том, что всё сводилось к одному. Трупы вампиров, оставляемых Драганом, попавшие под руку охотники и люди, попытки собрать армию сверхлюдей, и огромные планы, о которых можно лишь догадываться. Всё ни при чём.

– Тебе ведь хочется лишь отомстить, – высказал правду Картер.

Да, из-за Драгана она потеряла Кайла. И да, любящая семья разрушилась, когда он обратил её маму. Но разве это имеет значение, когда на кону непрекращающиеся убийства и явное желание править со стороны всего-то одного Чистейшего?

Имеет. Ещё как имеет, говорило нервно бьющееся сердце.

– Неправда, – ненатуральным трясущимся голосом проговорила девушка и сразу направилась прочь.

Хотелось сбежать – это она и сделала.

Глава 8.

Её последняя семья.

3 мая.

Каждый раз приходить к предателю-отцу могло казаться пыткой, но Элизабет это было нужно, как воздух. Чувствовать свою семью рядом несмотря ни на что.

Друзья заполняли всё пространство, уводили в сторону пагубные мысли, помогали во всём. И да, стали её семьёй, но не той, которой были когда-то Джефф и Кайл.

Они находились рядом с ней, поддерживали и любили в той жизни, которая предшествовала всему вампирскому.

– Я с пончиками, – вместо приветствия заговорила девушка, показывая крафтовый пакет с логотипом ближайшей кофейни.

Джефферсон вальяжно расселся на диване, читая очередную книгу, принесённую дочерью. Крупицы былой жизни доставались ему исключительно из её рук.

Он одновременно злился на неё и непонятливо гордился. Настолько сильная, что меньше чем за год стала Королевой, готовой на серьёзные решения.