Чистейшая 2

Ей хотелось закричать, подойти и ударить парня, чтобы привести того в чувства… Ей так хотелось увидеть на его месте не этого Кайла, которого она не узнавала, а того самого, её лучшего друга многих лет, который никогда её не предавал, всегда стоял за неё горой, в которого, ей казалось, она начала влюбляться…

– Расскажи-ка мне, – наконец, Элизабет смогла выпрямить ноги, свесив их с кушетки, на которой спала уже целых пять дней, да, она считала дни, не переставая. Тело стало покалывать, когда она расслабилась, а вместе с тем пришло и ощущение голода.

– Ты не злая, это, во-первых, – он постарался заглянуть в её потрясающие карие глаза, но теперь Лиз не сосредотачивала на нём взгляд, не давая даже поймать его. – Я знаю тебя всю жизнь, Лиззи, ты никогда не была злой, – он покачал головой, стараясь отбросить свой рабочий тон, говоря наиболее мягко. – А, во-вторых, ты чистокровная, а не обращённый вампир.

– Что это меняет? – она не собиралась поддаваться этой его провокации, пока он называл её милым именем и говорил о всей жизни, проведённой вместе.

Кайл, который называл её «Лиззи», изменяя свой тон до самого милого буквально за секунду, и Кайл, который провёл с ней всю жизнь с самых пелёнок, кардинально отличались от того Кайла, который предал её и теперь сидел неподалёку.

– Ты… всю жизнь была такой. При обращении вампиры теряют свою человечность, но с тобой этого не происходило. Ты, даже являясь вампиром, остаёшься человечной.

– Бред, – девушка практически выплюнула это слово, стараясь показать своё отношение к его рассуждениям.

Ей так хотелось накричать, ударить парня посильнее, чтобы он пришёл в чувства. Одумался, опомнился даже. Но она не могла ничего сделать. Ей стало противно рядом с ним находиться. Хуже в её жизни оставался лишь один человек.

Отец…

Она сверлила парня взглядом, пока он запускал руку в волосы, растрепав их. Он нервничал, она слышала это по его сердцебиению, только не доверяла уже ничему. Даже сердцу парня, который являлся самым близким для неё всю жизнь.

Вся жизнь оказалась ложью. Дружба и чувства тоже…

– Прошу, просто поешь, – он всё же стал подниматься на ноги. Разговоры с ней оставались бесполезными, и он не мог винить её. Не должен был, по крайней мере, хотя такие ощущения и проскакивали. – Ты выносливая, конечно, но питаться нужно нормально, иначе силы тебя попросту покинут.

Впервые за время их разговора, да и вообще впервые за эту почти неделю взаперти она рассмеялась.