Архимагические сказки – 1

Едва дверь отворил, а Синеглазка, всплеснув руками, уже на шею кинулась:

– Ждали мы тебя, ой, как ждали! Ни единому слову не поверили!

– Да охолонись ты, неуёмная, – засмеялся стоящий рядом Иван-царевич. Сам тоже подошёл, степенно поручкался, а потом, плюнув на протокольные церемонии, не менее крепко стиснул архимага в объятиях.

– Слышу, слышу, что гость дорогой на пороге! – по лестнице спускался царь-батюшка, да не один, а с наследницей престола на руках. Василиса с любопытством крутила во все стороны русой головой, заприметив архимага, радостно заагукала.

– Здравствуйте, люди добрые! – поклонился Стас. Яга тихо кашлянула за его спиной, привлекая общее внимание.

– Времени у нас почитай что и нет, – строго сказала ведьма. – Татя отыскать надобно, пока след не остыл.

– Да спрашивали уже, – развёл руками Еремей. – Когда свадьбу играли, здесь столько народа было… Кого могли – опросили, никто ничего не ведает.

– Скверно, – вздохнула Яга. – Ох, как скверно… Чую – отсюда стрелу похитли.

– В комнате у себя, – припомнил тот.

– Значит, всё то время, когда у Кощея гостили, там они и оставались? – допытывалась Яга. Архимаг молча кивнул.

– Позор на мою голову седую! – охнул царь Еремей. Василиса, уловив перемены в настроении деда, немедленно скривила пухлые губёшки и приготовилась заплакать. – Чтоб я в своём доме да вора пригрел!

– Похоже, не простой тут вор орудовал, – задумчиво произнесла старая ведьма.

– А что? – подхватил Стас.– Если у стен уши есть, может, и у двери язык найдётся…

Светлая горница всё так же радовала глаз кипельно-белыми занавесочками да подзорами, отмытыми до солнечного блеска полами. Что и говорить, хозяйка из Синеглазки получилась отменная, весь терем она держала в чистоте. А ведь тут без помощников не обойтись, пожалуй…

– А во время нашего отсутствия здесь прибирались? – спросил архимаг у Синеглазки.

– Конечно, – немного удивилась такому вопросу молодая хозяйка. – Каждый день проветривали, пыль протирали. Домовой у нас старательный, ему каждая пылинка – личное оскорбление!

– Домовой, значит… – задумался Стас. – Его, конечно, тоже спрашивали насчёт посторонних?

– В первую очередь, а то как же? – подтвердил Иван-царевич.