Темная завеса

А Рин, тем временем, по-тихому пробрался поближе к другу и встал, облокотившись на спинку его кресла, не вмешиваясь в разговор и внимательно посматривая своими звериными глазами на друзей.

– А почему ты не попросила Нара принести тебе обед? – казалось, Дамиан искренне недоумевал, почему Лиля не попросила домового, как обычно, принести еду в кабинет.

Промолчав, Лиля мрачно взглянула на Дамиана и демонстративно села в кресло.

– Так почему? Зачем нужно было морить себя голодом? – казалось, Дамиан не успокоится, пока не поймет, почему Лиля не обедала.

Он пронзал девушку взглядом, выражающим явное неудовольствие.

– Потому, – просто ответила Лиля, быстро взглянув на Дамиана. Ее ответ заставил мужчину еще больше нахмуриться, глаза его опасно блеснули. Было заметно, что еще немного и он взорвется. Но через мгновение Дамиан, сделав над собой усилие, успокоился или сделал вид, что успокоился:

– Так, ладно. Потом разберемся, – Дамиан недовольно посмотрел на девушку, но продолжать расспросы все же не стал.

 – Нар!

Через пару мгновений появился домовой Нар, вежливо, как всегда, поприветствовал господина ректора и его гостей, и, выслушав пожелания, исчез, чтобы через некоторое время вернуться с полным подносом разнообразной еды. Лиля, помогая домовому расставить блюда, спросила присутствующих:

– Так вы расскажете, какие у нас новости? – Лиля по очереди посмотрела на каждого из мужчин. – И, кстати, если вы были у Рина, то почему голодные?

Этот вопрос, в первую очередь, адресовался оборотню, поскольку именно он был хозяином таверны и готовил потрясающе вкусные блюда.

– Так решил лорд Блэкмор: сначала дела, а потом ужин, – ответил Рин, бросив мимолетный взгляд на Дамиана. Но взгляд этот был полон не обиды или неудовольствия, в нем явственно можно было различить уважение и даже некоторую опаску.

– Поэтому он, Лиля, заставил нас голодать, – скривил жалостливую рожицу Кристиан, пытаясь разрядить обстановку и одновременно набрасываясь на принесенные домовым кушанья.

Его примеру последовали остальные. Даже Рин взял какие-то закуски, чтобы не выделяться. Некоторое время никто не разговаривал: все сосредоточенно ели, поскольку за день изрядно проголодались, а Кристиан, так вообще, уминал за двоих. Утром-то он отказался от завтрака, пообедать не пришлось, а поскольку появилась надежда на быстрое спасение Лели, аппетит снова вернулся к нему в двойном, если не в тройном, размере.