Весеннее признание

Анатолий тяжело поднялся, выключил люстру и замер, тупо глядя в освещённый проём…

– Что случилось? Почему темно? – она остановилась на пороге. – Ты где?

Он молчал.

– Толик, – она подошла к нему и стала так близко, что он отчётливо ощущал лёгкий аромат каких-то духов, смешанный с тёплым запахом её тела, – не обижайся… Всё это так сразу… Я не могу так…. Я не умею, может, потом научусь… Я постараюсь, вот увидишь… И я тебя поздравляю. Шестнадцать лет – это большой праздник. Я желаю тебе всегда оставаться таким же… хорошим и добрым.

Ты очень хороший человек. И я дарю тебе самое дорогое, что у меня есть (Анатолий на миг задохнулся) – слонёнка из уральского камня. Когда-то это был мамин талисман, потом мой… теперь будет твой. Говорят, он приносит счастье…

Она потянула Анатолия на свет, он покорно шёл за ней. Возле дверей показала маленькую фигурку из опалово-розового, похожего на перламутр, минерала.

– Я не хочу лишать тебя самого дорогого… – начал он.

– Замолчи! Возьми! – она положила слонёнка ему на ладонь и сжала его пальцы.

Он удивлённо замолк, чувствуя, что происходит чудо, – в его руке холодный камень нагрелся и затрепетал, как живой.

– Спасибо. Таня…

Голос его оборвался. Ему показалось, что он сейчас заплачет. Вот этого стыда он уже не пережил бы… Внезапно Таня сделала то, чего он никак не ожидал, – на миг прижалась к нему, и его щеки коснулись её тёплые губы. И тут же выскочила в коридор.

– Я помою руки, – крикнула издалека.

Анатолий включил ей свет в ванной, спрятал слонёнка в самый глубокий карман.

Резко зазвенел звонок.

На площадке стояли трое его друзей, а за ними – девушка в распахнутой дублёнке, Лида Макарова, его одноклассница и соседка с верхнего этажа. Анатолий её вовсе не приглашал и глянул на неё не очень-то ласково. Но что делать – раз пришла, не выгонять же! Вздохнув, Анатолий сделал приглашающий жест и отодвинулся в сторону.

Виталий Полунин боком протиснулся в дверь, молча сдавил руку именинника в своих ручищах и немедленно стал расчёсывать перед зеркалом свои пепельные кудри.

– Прошу вас, принцесса! – кривляясь, выкрикнул Юрка Герет.

Вильнув бедром, Лида величественно вплыла в переднюю и тоже сразу устремилась к зеркалу.

– Наш дорогой и уважаемый Анатолий Владимирович Шандрик! – продолжал Юрка. – С этого дня вы становитесь ответственным за свои и отцовские противозаконные деяния в судебном порядке, отсюда следует…

– Проходи, идиот! – крикнул Костя Сарычев и, оттолкнув Юрку, зашёл.