Кружева

 – Я попрошу Маргариту Игоревну сходить со мной в вашу квартиру.

– Как хочешь. – Сказала Серафима Матвеевна и закрыла глаза обессиленная.

Расстроенная Люба шла по коридору, грустные мысли одолевали её. Она отошла к больничной стене и набрала номер мамы Зоиньки, женщина обеспокоенно спросила, всё ли у неё в порядке. Обычно они созванивались по вечерам, и родители знали, что утром дочь очень занята. Люба поспешила успокоить мать, сказав, что у неё всё хорошо, и она просто хотела узнать про мамино давление.

– Давление у меня сейчас хорошее, чувствую себя прекрасно, потому что моя доченька почти доктор, и помереть мне не даст. – И потом продолжила уже серьёзно. – Эти уколы и таблетки Любонька, действительно очень хорошие, спасибо тебе родная.

– Вот и хорошо! Целую. – Сказала Люба и отключилась. Голос мамы немного успокоил. Она двадцать лет проработала станочницей на заводе, а последние два года женщину стало подводить здоровье и ей предложили перейти в службу охраны завода. Мамочке стало немного легче, но она так не любила ходить по больницам, что Любе пришлось штудировать специальную медицинскую литературу и подбирать ей лекарство самостоятельно.

Ирины Сергеевны в палате не было, Витёк сказал, что она пошла за водой.

– Хорошо. – Ответила Люба. – Я скоро освобожусь и всё ей покажу, а пока давай руку. Когда лекарство пошло, парень хитренько сказал:

– А поцеловать? – Девушка, так же лукаво посмотрела на него и спросила:

– Наш мальчик хорошо себя вёл? – Парень кивнул:

– Слопал целую гость таблеток, хотя у меня от них изжога.

– А ты сказал об этом Татьяне Сергеевне? – встревожено спросила Люба,

– Сказал. – Кивнул Витёк. – Обещала, что вместо двадцати штук буду принимать только девятнадцать.

– Ну, тогда поцелую. – Она коснулась губами его щеки, а затем взъерошила парню волосы.

Всё пациенты, молча, наблюдали за ними, а потом Сергей сказал:

– А я тоже молодец. Меня поцелуешь?

Люба сделала наивные глаза и ответила:

– Вот и умница, а поцеловать не могу, Виктор не разрешает.

 – Краем глаза он увидела довольную улыбку на лице Витька и вышла из палаты. Она шла по коридору и думала, что совсем заигралась, но ей действительно нравился этот парнишка; как брат, как друг. Ещё ей было очень жалко Витю и нравилось видеть улыбку на его бледном лице, когда она изображала из себя влюблённую. Ну ладно, через год он будет здоров и, наверное, не захочет ждать, пока она закончит учёбу.