Метод Даниша. Часть 1

За мое несогласие Яшка пытается эпатировать публику, в первую очередь, конечно же, меня. Шесть дней назад, сменив Аглаю, я обнаружил своего сына с красными волосами и продырявленными ушами. Новый имидж не только не шел Яшке, но и уродовал его похлеще прыщей. Сынок выглядел, скажем прямо, жутко. Видимо, этого и добивался мой потомок. Мы с Люцем проигнорировали его попугайный облик, чем, конечно же, разозлили юнца еще сильнее. А чего он хотел? Мои страсти кипят внутри, внешне я невозмутим, так что, юноша, получишь ты лишь очередную порцию сарказма.

– Яш, – позвал я сына.

Как ни странно, мальчишка явился на зов быстро. Наверное, плохо с карманными финансами. О, видать, совсем плохо: он вернул волосам их природный невнятно-темный цвет и стал условно симпатичным.

– Куда лучше, чем было, – заметил я вслух. Надо же юношу поощрить.

Но увидев его глаза, поспешил добавить:

– И не вздумай перекрашиваться в красный обратно, на новые волосы денег не дам.

Вот, испугался. Тоже мне, умник, мною манипулировать – нос не дорос. Сам такой был когда-то, так что меня, мальчик мой, на испуг и жалость не возьмешь.

– Что твои занятия с Лилией Сергеевной?

Яшка закатил глаза.

– Ботаника ты из меня не делаешь, папуля. Лиля с тобой пообщаться хотела, позвони ей.

– Я так понял, игра на двадцати трех музыкальных инструментах, в том числе на пианино, тебя не заинтересовала, – хмыкнул я, погладив Люца.

– Нет, и Лиля считает меня безнадежным, – злорадно ответил Яшка.

– За те деньги, что я ей плачу, она сделает из тебя Дебюсси, – небрежно бросил я.

А что, юноша, ты полагаешь, что я хоть на секунду сомневался в отсутствии таланта у тебя? Но надо же мне как-то обуздывать твой нрав.

– Вот и нет. Серьёзно, папуль, она просила, чтобы ты ей позвонил, – Яшка усмехался, и мне это не нравилось.

– Не поможет, Яков, она будет дальше с тобой заниматься, даже если в итоге ты научишься играть только собачий вальс.

– Звони, – пожал плечами Яшка и внезапно гавкнул в морду Люцу.

Тот взвился и громко заругался на Яшку. Юнец некрасиво хохотнул, вызвав в моей памяти ржание лошади, и исчез в своей комнате.