По ту сторону Солнца

Слегка вывернутыми были подвижные складки вокруг глаз, без ресниц и устья желёз, с розовой тонкой полосой, проходящей по самому краю. В насыщенно лиловой радужке глаза, без присущей человеческому виду склеры, находился овально-растянутый синий зрачок. Неподвижный, окаменевший глаз, будто тонул в самих оранжевых парах. Тонул или лишь рассеивался, распадался на отдельные мельчайшие, пылевидные крупинки, определенно, смешиваясь с туманностью, и, одновременно, создавая нечто в виде бесформенной темной, газопылевой глобулы, наблюдаемой на данной объемной поверхности только оттеночным пятном.

На место удивительной оранжевой туманности и человеческому глазу, а также чувству реяния подле него внезапно пришел яркий свет и застывшая неподвижность всего тела. Это был непривычный желтый или белый свет, а какой-то блекло лазурный, впрочем, самую малость приглушенный. Даша немного вглядывалась в эту лазурную неясность, а после смогла разобрать расположенный над ней наклонный потолок с угловатыми стыками, вроде бордюров, соединяющих его с пятью стенами.

И тотчас услышала, еле-еле долетевший до ее слуха диалог. Очевидно, говорил, тот самый вошедший перед забытьем и серо-вощеный инопланетянин дотоль находящийся возле экрана.

– Итак, днесь Вейвейо Гиминг вы выставляете диэнцефалон на торги, только в указанных мною параметрах. Всю остальную информацию направляете, с удалением, к нам на Церес, – сказал вошедший и его отрывистый с хрипотцой голос, словно погас на последнем слове. Потому Даше, дабы его услышать дальше пришлось напрячь слух, – субъект незамедлительно перемещаете на виомагам.

Понеже процесс отслоения вже начался и нам следует поторопиться.

– А, что делать с остальными субъектами, пречистый гуру? – вопросил инопланетянин, совсем едва слышно.

А в голове Дарьи нежданно от напряжения, что-то мощно заскрипело, отчего она моментально вскрикнув, потеряла слышимость диалога. В ее глазах опять же резко потемнело, а когда видимость вновь появилась, и на место скрипу пришел чуть доносящейся свист и легкое вибрирование тела, вроде женщину обдувал ветер, или то на чем она лежала, перемещалось, над ней проступило лицо серо-вощеного инопланетянина.

Его миндалевидные глаза, блеснув черной радужкой, показали крупинчатые, белые зрачки, а маленький рот, вздев верхнюю губу, изобразил широкую улыбку.

– Как вы себя чувствуете, Дарья Александровна? – очень мягко вопросил инопланетянин, привнося в царящую приглушенность, состояние жизни.