Коло Жизни. Средина. Том второй

Это был новый этап в обучении и не только Яробора Живко, но и лучицы… И коли Крушец после разговора с Першим значительно успокоился и перестал давить на мальчика, то последний тем словно воспользовавшись вспять перестал слушать демоницу. Каждый раз, не просто стараясь перевести тему разговора, но и почасту прерывая рани, отвлекая и задавая лишь его интересующие вопросы. Нынче это было уже пятое и сызнова неудачное занятие.

– Какой вам нравится из земных самоцветов? – принялась терпеливо выспрашивать Кали-Даруга, все еще ласково поглаживая мальчика по коже лба и волосам, тем самым стараясь умиротворить и расположить в желании обучаться.

 – Смарагд, лал, янтарь, яхонт лазоревый, онихий, златоискр, тапас, акинф, кровяной онихий?

– А какой у тебя камушек? – робко задев перстом колечко в левой ноздре рани, где сейчас вспыхивал густо-синий с бархатистым оттенком камушек, поспрашал юноша.

– У меня яхонт лазоревый… ноне яхонт лазоревый, – ответила демоница и улыбнулась, ибо сипру, лазурит, сапфейрос, сапфир, сафир, синий корунд, яхонт синий был самоцветом ее Творца.

– Такой хочу, – озвучил все также несмело Яробор Живко свое желание и наново провел перстами по грани ушной раковины. – Хочу, чтобы как у Вежды, чтобы всегда помнить о нем… Как было хорошо подле него.

Юноша резко смолк и также торопливо поднялся на ноги, уставившись взором в стену комли. В то самое место оное когда- то явило ему поверхность четвертой планеты.

– Господин, ушко будет долго заживать, – вздев голову и глядя снизу вверх на мальчика, заботливо проронила Кали-Даруга, все еще надеясь, что тот продолжит занятия.

 – А, что предлагаю я, в бровке заживет быстро. Это символ. Если вставить в бровку фиолетово-красный берил, любой демон, узрев данный знак, поймет, что пред ним лучица каковой они должны безоговорочно служить.

– Кто увидит? – несогласно произнес Яроборка и глубоко задышал, точно ему стало не хватать воздуха. – На Земле демонов нет, ты же сама говорила, они там не живут. Но ежели ты советуешь, пусть… Пусть будет в бровке.

Только тогда синий камень.

– Лазоревый яхонт, мой дражайший, господин, – полюбовно поправила Кали-Даруга мальчика. И когда тот в ответ отозвался медлительным кивком, рани протянула навстречу ему две руки и еще более участливее добавила, – тогда… Если я ответила на ваш спрос, присядьте и мы продолжим занятие.

– Нет, я устал… голова болит, – суетливо молвил Яробор Живко, попеременно хватаясь то за голову, то за грудь.