Коло Жизни. Бесперечь. Том первый

Липоксай Ягы смолк, понеже узрел, как нежданно дрогнули обе, открывающиеся вовнутрь залы, створки дверей, и два жреца, младших чином, обряженные в желтые долгие и распашные книзу, с длинными рукавами одежи, из дюже плотной матери, величаемые жупаны, вошли в само помещение и застыли обок стен. А миг спустя в ЗлатЗалу вступил Таислав несущий на руках Лагоду, облаченную в шелковую рубашонку и теплую каратайку, сосредоточенно разглядывающую золотую, короткую цепочку с маханьким изумрудом на конце, пристроенном на левой мочке уха ведуна, да ласковенько поглаживая его кончиком перста.

Слегка приклонив голову, Таислав понес девочку прямо к трону Липоксай Ягы, оный незамедлительно, как и все остальные старшие жрецы, поднялся на ноги, чтобы стоя приветствовать божество, чего вещуны никогда не делали даже в отношении господ, считая себя с ними равными. Створки дверей, только Таислав вошел в залу, затворились, одначе, на этот раз ведуны, отворявшие их, остались в помещении, с тем похоже, слившись телами с его стенами.

– Поднеси ко мне божественное чадо Таислав, – умягчено произнес Липоксай Ягы и протянул навстречу девочке руки.

Лагода, узрев полянского вещуна, радостно ему улыбнулась. И так как за этот месяц, в котором куда-то исчезла мать и барыня, засим на долгое время появились удивительные существа и Боги, погодя сменившиеся на этого мужчину весьма часто приходящего к ней в покои и подолгу играющего, целующего, и сама потянулась к нему. Отроковица не просто с желанием пошла к Липоксай Ягы, она разком обхватила своими тоненькими ручками его за шею и нежно поцеловала в щеку.

– Чадо как-то себя величает? – вопросил заинтересовано Боримир Ягы и также как и иные старшие жрецы подступил к полянскому вещуну, ласково поглаживающему распущенные волосики дитя.

– Божество почти не разговаривает, – в голосе Липоксай Ягы чувствовалась возникшая в отношении ребенка отцовская теплота, которой он был лишен, согласно своего статуса. – Знахари и няньки сказали, чадо говорит очень мало слово… Вельми явственно мама, по-видимому свое величание Ладу, а также «Огу», «Дайба», «Семи», как можно предположить это явственно слышаться имена Зиждителей: Бога Огня, Бога Дажбы и Бога Седми… По поводу имени… В ближайшее время я собираюсь провести огненный обряд и даровать божеству новое имя и положенное ее статусу величание.

– Чадо очень худенькое, – тихо проронил Сбыслав Ягы и скривил свои уста, живописуя на них негодование так, что они у него набрякли в размере.