Коло Жизни. Бесперечь. Том первый

– Перший утомлен не по этой причине, – мягко отозвался Небо, и ласково огладив висок и щеку Огня перстами, задумчиво оглядел его с головы до ног. – Хорошо, Вежды, что ты прибыл к нам, оно как я желал поговорить с тобой одним о маймыре.

– Об Опече? – голос Вежды немедля дрогнул, стоило только ему назвать истинное величание Бога из Атефской печищи, лучицы Першего некогда отпавшего от Зиждителей и превратившегося в маймыра… В своенравного, нарушающего Законы Бытия Бога, не создающего, а лишь разрушающего, живущего, как сказали бы люди, грабительством посему подлежащего уничтожению.

Таковое средь Богов случалось редко… И Опечь был вторым Богом оный совершив оплошность ушел из печищи и превратился в отщипенца, маймыра.

– Да, мой милый, об Опече, коли ты желаешь его так называть, – все также раздумчиво произнес Небо. Он еще самую малость, что-то мозговал, а после повернув голову в сторону младшего Раса полюбовно протянул, – поди Огнь, моя драгость, к Дажбе… Побудь с ним… Он весьма за тобой натосковался да и Седми вмале прибудет… Потолкуешь с ним.

Мне нужно поговорить с Вежды с глазу на глаз.

Огнь медленно повертал голову и удивленно да единожды обидчиво зыркнул на старшего Раса, впрочем, спорить не стал. Он неторопко поднялся с кресла и тяжелой, покачивающейся походкой направился к стене, на ходу бросив назад, вельми едкое негодование:

– Пойду в дольнюю комнату, оно как дюже утомился… Кому надобно сам придет ко мне толковать.

Густые испарения в оных сокрылся Огнь, все еще неспешно ползли по стенам, они своей перьевой лимонностью достигали свода и гулко хлюпнув, будто жаждая разреветься, немедля скатывались вниз.

Но всего-навсе за тем, чтоб на миг, утонув в собратьях плывущих по полу, вновь продолжить свое восхождение к потолку. Незримая тишина какое-то время витала по зале, и все три старших Бога неотрывно глядели на ту стену, где дотоль скрылся разгневанный Огнь, вероятно прислушиваясь к чему-то.

– Дошел, – наконец пояснил, прерывая отишье, Небо.

– Он очень утомлен, что очень плохо, – вставил достаточно обеспокоенно Вежды, и резко дернув левой рукой, свершив тем движением полукруг, вместе с креслом переместился несколько левее так, чтобы можно было зреть сразу обоих Расов. – Ежели Отец его таким увидит, будет на тебя сердит Небо.

Димург сказал последнюю молвь явственно встревожено, и данное волнение касалось не только Огня, но и старшего Раса, которого он весьма любил.