Исключительная. Кшатрия. Книга вторая

«Осознай, насколько ты всемогущая».

– Но мне больно из-за того, что мы сделали.

«Мы, – подумала Мерена. – Ну наконец-то, она признала меня. – Послушай, я понимаю, ты хочешь спокойной жизни в Мерине, с каким-нибудь принцем, – Мерена сменила свой тон на более мягкий, – но мы рождены быть Равновесием. В нашей жизни изначально не заложена такая жизнь. Мы должны наводить порядок в мирах, следить за добром и злом, понимаешь? Мы должны управлять всеми этими мирами и существами, и высшими существами так же».

– Не думаю, что ты сейчас правильно говоришь.

«Снова этот бред, её не исправить, – злилась Мерена. – Хорошо, давай, по-твоему. Какая участь нас ожидает?»

– Смерть!

«Смерть? И ты согласна? Ты готова умереть?»

Селена снова задумалась.

«Ты серьёзно готова умереть? Я не верю».

– Мы натворили столько дел…

«Что мы натворили?» – голос Мерены стал жёстче и грубее.

– Ты убила Стражей.

«Да, согласна, но тогда, мы были бы всё ещё на Эне, до конца своих дней».

– А манглов, идирцев… мы обратили их в прах!

«Не всех, а лишь столько сколько нужно, чтобы восстановить равновесие».

Селена снова озадачилась, а ведь об этом она даже не задумывалась.

«Ведь действительно, не все манглы и идирцы погибли тогда, во-первых, а во-вторых, мы помогли родным. Выходит, Мерена права: мы выполняли свои прямые обязанности – наводили порядок, устанавливали равновесие».

«Да, Селена, именно, – Мерена с лёгкостью могла читать её мысли, как и Селена, – всё, что мы делали: уничтожая кого-то, мы восстанавливали равновесие. Да и кто они были? Это зло, которое постоянно нарушает дозволенные границы».

– А тогда, на поле битвы в будущем, ты не только демонов, но и людей уничтожила.

«А, ну да, это моя ошибка, я была в ярости, да ещё эта смертная девчонка, рыжая, она меня так бесила – вот из-за неё я и разгневалась на людей».

Услышав о новой подружке Арриана, Селена недовольно отвела глаза в сторону.

«Я чувствую, что она и тебе неприятна. Зря ты меня остановила тогда, нужно было убить её».

– Убив её, мы причинили бы боль Арриану.

«А ты не ощутила боль, увидев в его объятиях эту девчонку?»

Ощутила и ещё какую боль, но не потому, что Арриан предал её, а потому что принцесса ошибалась: те чувства, что она считала «любовью», и из-за которых пошла против высших существ – не любовь.