Исключительная. Равновесие. Книга первая

А если бы он пробрался в твои покои и убил тебя, когда ты спала?

– Но не убил же!

– А кто его убил?

– Я думаю, тот пират. – Маэса смотрела, как неаккуратно обращались с её спасителем. «Он пират, а с пиратами только так и надо… но он спас меня… зачем пирату, который по сути своей ненавидит Древних, спасать их главного?» – девушка хотела получить ответы на свои вопросы, она направилась к нему.

– Ты куда, Маэса? – спросила у неё Сулла, но та не ответила ей.

– Стойте! – крикнула воинам Маэса, те увидев командира, остановились, приняли стойку смирно и опустили глаза вниз, лишь только Аттион при виде своей нимфы расплылся в улыбке, он не мог отвести от девушки глаз.

– С тобой всё хорошо? – спросил он, тем самым ещё больше удивил её.

– Молчать! – произнёс один из воинов и ударил Аттиона по ключице.

– Ты убил того предателя? – сухо спросила Маэса.

– Я.

– Зачем ты это сделал?

– Я не мог ему позволить навредить тебе?

Эти его «тебе» «позволить навредить», будоражили женщину, ещё не один мужчина не вёл себя так с ней и уж тем более, спасал ей жизнь.

– Твоим солдатам нужно преподать урок… – начал Аттион, но его снова остановил удар воина, на что Маэса недовольно посмотрела на солдата.

– Пусть говорит, – скомандовала она им. – Продолжай.

– Возле тебя так много воинов, но они слепы и глухи. Не один из них не заметил угрозу для своего командира. А ведь, одно из достоинств Древних – зоркость, чутьё, нюх, у них все эти качества развиты.

– Откуда ты знаешь так много про Древних?

– Это не тайна, о качествах Древних знают все.

– Но ты прав: мои воины оказывается невнимательны, но я думаю, ты ошибаешься, кто-нибудь непременно остановил бы его.

Аттион засмеялся. – Никто не остановил бы его, и он непременно ранил бы тебя или убил.

Такая дерзость от пирата начинала раздражать девушку.

– Что ты хочешь за это? – спросила она, чтобы поскорей решить вопрос с ним и выслать его с Ипсы.

– Мне ничего не надо.

– Всем всегда, что-то надо, поэтому проси, чего ты хочешь? Свободы?

– Увы, свободы мне больше не видать, отныне я вечный ваш пленник.