Палыч и Игорёк. Трилогия

И в специальном пулеулавливателе, в сторону которого был направлен ствол, образовывалось ещё одно характерное отверстие. Весьма напоминающее пулевое.

Когда Анатолий Иванович учил Игорька обращаться с оружием, он очень дотошно рассказал и показал порядок действий и, указывая на отверстия в улавливателе, спросил, знает ли тот, что это такое.

– Отверстия от пуль, – предположил Игорёк, не сомневаясь в правильности ответа.

– Нет, – очень серьёзно поправил его инструктор, – это взыскания и лишения премий разных хороших людей, которые не виноваты в том, что одни придурки решили заставить выдавать оружие другим придуркам.

Не создавать неприятностей своему руководству – это, конечно, весомый стимул относиться к процессу эксплуатации огнестрельного оружия серьёзно. Но человек так устроен, что если беда не приходит хотя бы две-три недели, то начинаешь сомневаться, есть ли вообще эта беда в этом мире.

И как-то после тяжёлого трудового лётного дня наш второй пилот – стажёр при подготовке к сдаче оружия сделал всё так, как делали до него его коллеги, которые оставили отметины на пулеулавливателе.

Игорёк стоял, ничего не понимая, глядя на дымящийся ствол. Анатолий Иванович, не отрываясь от журнала, где он отмечал сдачу задания на полёт, спросил через плечо:

– Не в себя?

– Нет, – на автомате ответил второй пилот.

Из своей каморки вышел диспетчер, надел очки и пересчитал пулевые отверстия.

– Десять, – со вздохом сказал он командиру. И уточнил: – А утром было девять.

Анатолий Иванович достал кошелёк, вынул из него целый патрон и протянул диспетчеру со словами:

– Специально считал утром. Десять отверстий было.

На шум зашёл руководитель полётов с вопросом:

– Стреляли? – пересчитал отверстия в пулеулавливателе и констатировал: – Стреляли.

Диспетчер показал новенький целый патрон и объяснил:

– Это у меня бутылка минералки упала и разбилась. Но ребята обещали смотаться и купить новую бутылку. Правда, ребята?

Ребята сказали: «Правда» и отправились в буфет ресторана за бутылкой «минералки».

Потом, через время, когда Игорёк уже сам был командиром и учил своих вторых пилотов обращаться с оружием, он показывал отверстие в пулеулавливателе и с едва заметной гордостью говорил:

– Моя.