Элизиум

 – Правда, они не особо общительны. То есть, крайне избирательны.

Значит, то, что было написано в книгах об этих сказочных созданиях – не выдумка. Уже хорошо. Интересно, а мне удастся с ними пообщаться, или станут отбрыкиваться от моего общества?

– Получается, ты для них избранный, да?

– Возможно, – пожал плечами Осберт. – Со мной феи сразу вышли на диалог.

– Неудивительно, – улыбнулась я. – Ты весь такой солнечный и радостный. Умеешь располагать к себе.

Глаза парня расширились, а рот чуть приоткрылся.

Чёрт! И надо же было такую ерунду ляпнуть.

– Ты мне нравишься, Дейзи, – его лицо мгновенно переменилось, а в голосе была нежность, но мне отчего-то стало боязно, и я чуть отстранилась от Осберта. – Я что-то не так сказал?

Тот же вопрос крутился в моей больной голове пару мгновений назад.

– Нет-нет, – запинаюсь я. – Всё в порядке.

– Опять я тебя смутил? – виновато посмотрел Осберт. – Прошу прощения.

– Нет же, – возразила я. – Просто мне всё это в новинку.

– Тогда привыкай, – Осберт взял меня за руку, и побежал дальше по саду, увлекая меня за собой.

– Осберт… Осберт! Куда мы? – Моё дыхание сбилось от бега.

– Сейчас увидишь, – хохоча ответил он, и побежал ещё быстрее по склону. Отчего-то становилось прохладно.

Спустившись, я начала улавливать шум воды и… смеха.

Осберт тут же перешёл на шаг, и я нечаянно уткнулась лицом в его спину.

– Ой! – воскликнула я.

Парень на мой вопль тут же обернулся.

– Ты в порядке? – обеспокоенно спросил он.

– Да, – тихо промолвила я. – Какая же я всё-таки неуклюжая, – осуждаю сама себя.

– Глупости, – произнёс Осберт, запуская пятерню в прядь моих волос.

Наши лица были так близко друг другу, что я могла ощутить кожей его спокойное дыхание.

Внезапно Осберт пошатнулся. Его тело подалось вперёд прямо на меня! Я пыталась устоять на ногах, и удержать Осберта, но попытка успехом не увенчалась.

Спиной я приземлилась на упругую траву, именно она чуточку смягчила падение. Я распахнула глаза, и увидела нависающего надо мной Осберта. Его лицо выражало ужас, словно перед ним вся жизнь пролетела.

– Прости! Прости! Я не понимаю…

Его голос перебивал чей-то смех, раздававшийся недалеко от нас.