Танец с зеркалом

 – Каждое слово старика казалось тяжелым и почти вещественным. – Армия, идущая с юга, сомнет мои полки и войдет на плато. Чем это грозит для вас, думаю, объяснять не стоит.

– Ты думаешь, три наши армии сделают больше? – поинтересовалась женщина. Спрашивала она серьезно, но в уголках глаз морщинками злого смеха притаилась издевка.

– Нет, – Старик поочередно взглянул в глаза женщине и Шуту. – Поодиночке мы не сможем их остановить. Нам надо вновь стать семьей.

Шут захохотал, судорожно ударяя мечом плашмя по широким кожаным штанам.

– Папа, не поверишь, я ждал этих слов восемьсот лет!

* * *

– А еще говорят, у них золота больше, чем железа, – произнес Кайт, проверяя лезвие меча.

– Ты думаешь, мы идем туда за этим? – Эссия потрясенно посмотрела на брата. Они задерживались – основная часть войска вышла два дня назад, но с хорошими лошадьми догнать Эрила проблемы не составит.

– Нет, конечно. Это святая война, и мы просто обязаны победить! Юг придет на Север, и там начнется рассвет. – Молодой рыцарь подмигнул сестре.

* * *

Три лагеря, разбитые у отрогов гор, сверху казались странным трилистником – несимметричным и жутким. Самый большой лепесток – сорок тысяч закованной в латы армии старика.

Лепесток поменьше – войско Шута. Гротескная, словно вышедшая из кошмарного сна орда из двадцати тысяч поднявшихся мертвецов.

И самый маленький лепесток – армия женщины – несколько тысяч хищников.

Старик, женщина и молодой мужчина в шутовском колпаке стояли в центре «цветка», чуть поодаль ото всех, наблюдая за тем, как в рыцарском «лепестке» сколачивают из дерева странные конструкции.

– И что это будет, папа?

Старого рыцаря слегка передернуло от такого обращения, но никто кроме женщины и Шута этого не заметил.

– Ваше величество, все готово. – К старику подошел коренастый мужчина в богатом доспехе. – Прикажете начинать посвящение?

– Я сам проведу, – бесцветным голосом ответил король.

Правитель отошел на несколько шагов, и тут же к нему бросились царедворцы – все они были в железе и с оружием, но что-то неуловимо выдавало в них придворных.

– Шакалье, – прокомментировал Шут. – Живые не знают преданности.

– Лучшие люди страны, – поправила его женщина. – Король Льда видит будущее и не прощает предательства, каждый около него – верный слуга.