Бестиарий

Она ходила на учёбу, говорила с людьми, и наверняка её социофобия была модным самодиагнозом.

В какой-то момент Генриетта, которую все привыкли звать Генри, чем она очень гордилась, округлила глаза и спросила:

– Так… Кто-нибудь знает, кто он такой?

Среди них она была самой красивой. Генри знала себе цену, и Саша никогда не видела, чтобы она на кого-то смотрела так, как сейчас.

Ася посмотрела в указанном направлении:

– Я его не знаю, но он, скорее всего, модель.

– Ого… – коротко прокомментировала Маша.

– Тебе же не нравятся парни с длинными волосами, – ответила ей Генри с усмешкой.

– Просто я никогда не видела таких, как он. Но он, скорее всего, гей.

– С чего ты взяла? – быстро спросила Ася, посмотрев на Машу печально и даже чуть-чуть обиженно. – Может, он просто любит за собой ухаживать. А вдруг он – мой подарок на день рождения?

Саша же сказала, коротко взглянув на танцующего: – Какой неприятный человек!

– Сашка, – цокнула Генриетта, – вот вечно ты так! Тебе никто и никогда не нравится.

– И он брови красит, – холодно добавила Саша, проигнорировав замечание.

– Тебе тоже было бы неплохо, – с улыбкой заметила Маша и рассмеялась. – Не куксись! Ась, ну перестань на него залипать! Он заметит.

– Я с ним познакомлюсь, – не отрывая от него внимания, убеждённо сообщила девушка.

Саша с тревогой посмотрела на неё:

– Ты уверена?

– А что такого? – та храбро улыбнулась.

Её отговаривали. Ей сказали, что у такого, как он, наверняка уже есть девушка. «Или парень», – подняв взор к потолку, добавила про себя Саша.

Когда Ася, осмелев, встала и неторопливо пошла к незнакомцу, Саше это совсем не понравилось. Она пригляделась к нему получше и почувствовала, как падает в глубокую, чёрную пропасть. Рухнув на самое дно, она могла ощущать только тяжесть сердцебиения и холод в собственном парализованном теле.

«Неподвижная мимика. Печальный и задумчивый взгляд – точь-в-точь, как у Джеффри Дамера. Нижние веки глаз сильно опущены, и это делает выражение лица отстранённым. Когда он говорит, то прямо в упор, не мигая, рассматривает человека, не испытывая никакого дискомфорта или смущения. Лицо его при этом совершенно симметрично – он плохо лжёт. У него очень низкий уровень эмпатии. Чрезвычайно уравновешен. Но всё это – не важно.