По слову Блистательного Дома

Все, что ты делал, было естественно. Ты даже не напрягался, не задумывался. Действовал, как дышал. Легко. Я заметил момент, когда у тебя замялся гнедой. По условиям этой игрушки ты или должен был пользоваться тем оружием, что уже было, или должен был придумать сам. Оружие Жардавара тебе не пошло. И ты загнал его в подкорку. Вывел оружие Саина, но бился им по-другому. Я даже не могу тебе объяснить – как. Я могу допустить, и мне, скорее всего, придется это сделать, что это твоя родовая память.

Скорее всего, кто-то из твоих предков настолько ненавидел степняков, что вырвался из ее глубин.

Но тогда откуда он знает, как пользоваться этим оружием?

– Ты, Тивас, здесь совсем закостенел. Это у вас тут каждый может совершенствоваться в одном лишь умении. А у нас чтобы выжить – покрутиться надо было, – поучительно качнул я пальчиком.

– Ты, парень, – жертва технологической революции. Пойми, ты бился на уровне магистра каждым оружием.

До меня нежно стали доходить пределы моего нынешнего величия.

– Если сравнить, как ты двигался там и как это все у тебя получается здесь... – Он досадливо махнул рукой.

– Движения ни на секунду не прекращались. Они были органичны. Естественны. Ты когда работаешь мечом – иногда прямо плакать хочется. Хотелось, – поправился он. – А как ты ездишь верхом.

– Не нуди, – буркнул я, вставая. И свистом подозвал коня. Осекся. Дело в том, что я не умею делать две вещи. Причем, наверное, те две вещи, которые для любого мальчишки просты, как день и ночь.

Я не умею ездить на велосипеде и свистеть. Но я свистом подозвал коня. Как всегда с опаской подошел к нему, примеряясь и почему-то не обратив внимания на отсутствие седла, легко вбросил свои полтора центнера ему на спину. У гнедого характер был не из лучших, и обычно он норовил цапнуть меня за колено. Приходилось отбиваться.

Теперь же он легко пошел с места, и мне было совсем не трудно удерживаться на нем без стремян и без уздечки. Потрясающее ощущение единства.

Это как же я мешал ему раньше!

Слегка двинув коленями, я послал коня в легкий галоп и, что удивительно, смог удержаться. Скачка действительно может доставлять удовольствие. Гнедой послушался шлепка по шее и вернулся в лагерь.

Тивас так и не встал с земли.

– Так я ехал?

Он кивнул.

– Знаешь, Саин, а ведь я никогда не задумывался об обучающем эффекте этих игр. Теперь благодаря тебе задумаюсь. Да, определенно задумаюсь, – помолчал. Дымнул трубкой.